Как сделать налог инвестицией

В ближайшее время в Думу будут внесены очередные правительственные поправки к Налоговому кодексу, появившиеся в результате ожесточенных споров между Минфином и Минэкономразвития. Что же, собственно, произошло, почему именно сейчас встал вопрос о снижении налогов с отечественных производителей? С этими вопросами наш корреспондент обратился к руководителю департамента налоговой политики Минэкономразвития Михаилу Орлову.

- Что касается налоговой реформы, то она в России началась с 1991 года, когда было решено, что доходы государства должны формироваться прежде всего за счет налогов, и началось создание налогового законодательства. Я с 1996 года участвую в налоговой реформе и не могу сказать, есть ли у нее начало и конец. Она просто проходит разные этапы.

Сейчас Правительство пришло к выводу, что интересы государства заключаются не только в том, чтобы побольше собрать налогов, но и в том, чтобы налоговая система не тормозила экономическое развитие.

- То есть размер налогов не позволяет производителю вкладывать деньги в развитие. При каком уровне это наступает - при 30 процентах ВВП или больше?

- Вообще-то по уровню налоговой нагрузки доля налогов в ВВП сегодня в России - от 30 до 33 процентов - соответствует показателям экономически развитых стран. Но есть одно "но" - по всем остальным условиям ведения хозяйственной деятельности, которые определяют инвестиционный климат, Россия отстает не только от европейских стран, но и от многих других стран Азии и Центральной Европы. Как же мы можем выиграть конкуренцию в условиях той глобализации, которая идет, за инвестиции, за квалифицированные кадры, за все другие ресурсы? По мнению Минэкономразвития, ущербность наших условий хозяйствования можно компенсировать более либеральной налоговой системой, снижением планки в 30 процентов от ВВП. Сказать, до какой величины она снизится, мы не можем. Но есть другая оценка: резервы экономики позволяют снижать налоговую нагрузку как минимум на один процент ВВП в год и за счет этого освобождать средства для инвестиций.

- И что же, снижение налогов автоматически приведет к росту инвестиций?

- Нет, конечно. Но если хотя бы 20 процентов их пойдет в расширение производства, это уже будет существенным вкладом в развитие. А второе - если сейчас степень доходности бизнеса в России ниже, чем в Китае, то, снижая налоговое бремя, мы ее повышаем. И когда она будет соизмерима с нашими ближайшими соседями, это заставит потенциальных инвесторов думать, что им выгоднее - вкладывать деньги в Китай либо в Россию.

- И все же за последние годы проявилась тенденция по изъятию сверхприбыли у нефтяников. Это будет продолжаться? Ведь недавно Михаил Касьянов назвал ее перекосом, угрожающим развитию отрасли и даже сбою экономики.

- Давайте посмотрим на эту проблему так. Государство предоставляет свои недра в пользование частным субъектам и должно сказать, сколько оно хочет за это получить. Во всем мире это называется природной рентой, доходом, который государство получает от эксплуатации своего права на природные ресурсы.

Сегодня это право оплачивается недропользователем фактически одним налогом, налогом на добычу полезных ископаемых (НДПИ). То, что мы называем роялти, уплата за пользование недрами. Все как бы замечательно, за исключением того, что оценка права пользования не производится. И именно из-за того, что у кого-то хорошее месторождение, а у кого-то отработанное, а платят они одинаково, с объема добычи, и получается, что для кого-то налог слишком вольготный, небольшой, а для кого-то - баснословные деньги.

Для сравнения - у американцев настолько дифференцирована система платежей, что эффективно даже ведром доставать нефть. У них есть малые, очень малые и совсем кустарные предприятия, которые занимаются нефтяной добычей. У нас скважина, дающая менее 20-30 тонн в день, считается нерентабельной. Ее закрывают. Вот к чему приводит усреднение. И получается, что месторождения, выгодные всем, нужны, из-за них разгораются споры, а отработанные, с "тяжелой" нефтью, как в Татарстане, Башкирии - никому не нужны.

Но мы же не можем ластиком стереть поселки и города. Скважины должны работать, а мы не позволяем делать это налоговыми мерами. Мы сделали так, что себестоимость добычи выше рыночной стоимости. Поэтому через какое-то время мы придем к тому, что будем дотировать эти отрасли. Так надо снижать налоги или нет? И почему нефтяников не должен касаться этот процесс?

- Ваше министерство интересует только сфера производства или физические лица тоже?

- Безусловно, нас интересуют налоги с физических лиц и не только в плане социальной справедливости. Мы еще учитываем, что физическое лицо - это прежде всего работник, который зарабатывает деньги и идет в магазин, покупает. Чем больше в наши магазины пойдут покупатели, тем больше заработает наша промышленность.

В то же время мы понимаем, что как доходный источник налоги с физического лица никогда не будут использоваться серьезно.

Кроме того, налоги на имущество граждан должны быть привязаны к территории, поскольку средства зачисляются в местные бюджеты. Только устанавливать ставки надо, исходя из финансового состояния налогоплательщиков, чтобы налоги не стали такими, что большинство вообще не сможет платить.

- Может, было бы проще не давать какие-то налоги в распоряжение местных властей, а все основные налоги поделить на федеральную часть, региональную, муниципальную?

- У нас нет налогов, которые равномерно распределяются по всей России. Понятно, что налог на добычу полезных ископаемых будет уплачиваться только там, где они добываются, и если НДПИ отдадим в регионы, то Ямало-Ненецкий и Ханты-Мансийский автономные округа будут счастливы, но даже Тюменская область, куда они входят, ничего от этого не получит. Так что это - не самый лучший вариант. Пока мы исходим из того, что на местных и региональных уровнях должны распределять те налоги, которые более или менее равномерно распределены по территориям, например, налоги на имущество физических лиц.

Что касается расщепления налогов, то его сложно провести по многим причинам. Первая в том, как я уже сказал, что налоги распределяются неравномерно. Что касается НДС, то там еще сложнее - предусмотрен в ряде случаев возврат из бюджета. И тогда встанет вопрос, кто его будет возвращать, если мы его отдаем в какой-то муниципальный или региональный бюджеты? Аналогичная проблема возникла с акцизом на нефтепродукты, который тоже иногда возвращается. Было серьезной ошибкой переносить акциз на бензоколонки.

- Что же получается? Акциз - ошибка, налоги с населения - ошибка. Похоже, что вы с Минфином ни в чем не соглашаетесь. И сейчас у вас принципиальные различия? Или вы расходитесь в деталях?

-Во-первых, мы за последние полгода сильно продвинулись. И у нас, и у Минфина есть четкое понимание, что налоговая система это не только бюджет, это элемент экономической политики и налоговая система должна быть подчинена общей экономической политике государства. А если конкретно, мы уже определились по многим системообразующим налогам - НДС, ЕСН и НДПИ, какое преобразование они получат, хотя есть различия в сроках. И сейчас наша работа с Минфином заключается в том, что мы пытаемся соразмерить потребности экономики с бюджетными возможностями. Мы говорим, что нужно снизить налоги там-то и там-то и соответственно растет колонка выпадающих налогов. А дальше Минфин открывает свою бумажку и говорит, что половину могу срезать. И мы начинаем торговаться. Собственно говоря, это - рутинная работа, нормальная.

- Почему же вокруг этой рутинной работы в последнее время поднялось столько шума?

- Мы определили вектор, по которому должна развиваться налоговая реформа. Договорились, что в результате реформы получим такую налоговую систему, которая позволит нашей экономике конкурировать с соседями. А дальше премьер ставит вопрос - в чем вы видите эти конкурентные преимущества? Что надо для этого сделать? И здесь начинается наш торг, что мы можем себе позволить на ближайшее время, на 2004 год. Вот об этих разногласиях и писала пресса.

При этом мы все - и Минфин, и Минэкономразвития, и премьер - хотим, чтобы налоговая реформа шла по направлению, заведомо известному, чтобы не получилось так, что завтра пакет налоговых законов пойдет в Думу, депутаты в целях предвыборной борьбы начнут там все править. В результате может случиться, что мы останемся без бюджета, кто-то получит какое-то налоговое послабление, а настоящих стимулов для развития экономики не будет. Если мы сумеем это преодолеть, то будут и результаты.

Беседовал Владимир Мытарев.

Что предлагает МЭРТ

Предполагается в 2004 году изменение порядка возврата НДС по капитальному строительству и экспортным операциям. При этом из бюджета выпадает 110 миллиардов рублей в 2004 году и 70 миллиардов - в 2005.

Некую компенсацию государственных доходов может дать изменение налогов по добыче полезных ископаемых (НДПИ), в частности увеличение налоговой ставки на нефть с 340 рублей до 400 рублей за тонну и установление налога на газ вместо существующего акциза.

В 2005 году снизится ЕСН до 25 процентов, что нанесет бюджету урон в 110 миллиардов рублей. А общие потери бюджета в 2005 составят 230 миллиардов рублей.

Губернаторы Северо-Запада намерены пожаловаться президенту на топливные акцизы.  »
Юридические статьи »
Читайте также