В тени лучше Потому что чиновники не жалеют малый бизнес

Усилия правительства по дебюрократизации экономики не дают особых результатов. Как сообщил вчера Госкомстат, с мая 2001 г. по май 2002 г. число занятых в теневой экономике выросло на 3%. 10,2 млн "неформалов" производят почти четверть российского ВВП.

Госкомстат подвел вчера итоги обследования неформального сектора экономики. В мае 2002 г. в российской экономике трудилось 10,2 млн "неформалов", или на 3% больше, чем в мае 2001 г. Количество россиян, работающих только в теневом секторе, выросло за год на 4% до 7,9 млн человек. В сельской местности "неформально" трудится каждый третий (29% ), среди горожан - каждый 10-й (11% ). Больше всего "неформалов" занято в малом предпринимательстве: 78,3% тех, для кого неофициальная работа была основным источником дохода, трудятся на предприятиях, где меньше пяти сотрудников.

В официальную статистику ВВП традиционно не включаются доходы граждан от продажи сельхозпродукции, которую они выращивают в личных подсобных хозяйствах и на приусадебных участках. Отчасти именно этим можно объяснить высокую долю серой занятости вне городов. К неформальной экономике Госкомстат относит предпринимательство, которое осуществляется без госрегистрации в качестве юрлица.

Свежие данные Госкомстата свидетельствуют о том, что пока рано пожинать плоды дебюрократизации, считает экс-министр экономики Евгений Ясин. "Условий для перехода в легальный сектор еще не создано, - говорит он. - Законы о лицензировании, проверках вступили в силу в декабре и феврале. К тому же закон начинает действовать только тогда, когда есть примеры наказания чиновников за произвол. Закон о проверках не распространяется на милицию и налоговые службы, которые, по-моему, зверствуют еще больше, чем раньше".

В июле Центр экономических и финансовых исследований и разработок (ЦЭФИР) уже обнародовал результаты исследования административных барьеров в деятельности малых и средних компаний в регионах. Выяснилось, что за последний год проверок и проверяющих стало не меньше, а больше.

Ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов тоже считает, что "реальная дебюрократизация еще не началась". "Единственное, что сделано, - это снижение налоговой нагрузки. Но уплата ЕСН обусловлена таким числом рогаток, что де-факто он не оказывает воздействия на выход малого и среднего бизнеса из тени", - говорит Кузьминов.

Эксперты не подвергают сомнению обоснованность расчетов Госкомстата. Сергей Гуриев, профессор Российской экономической школы, говорит, что "реальность этой цифры зависит от того, включает ли Госкомстат в свои расчеты людей, которые заняты неполный рабочий день, тех, кто работает в официальном секторе, но получает в основном неофициальную зарплату, и т. д. ". Гуриев уверен, что если учесть тех, кто работает неполный рабочий день, то, "по разным оценкам, скорее следует говорить о 15 млн человек". А главный экономист "Тройки Диалог" Евгений Гавриленков констатирует, что оценить занятость в теневом секторе корректно "трудно": "В расчеты попадают люди, которые могут иметь параллельно два-три места работы в теневом секторе". Несмотря на это, по словам Гавриленкова, цифры, полученные Госкомстатом, "выглядят достаточно правдиво".

Госкомстат, по словам Гавриленкова, прибавляет к объему ВВП, производимого в официальном секторе, 23%. По оценкам Гуриева, "определить объем производимой в этом секторе добавленной стоимости довольно сложно: не будет преувеличением сказать, что это 15 - 20% ВВП".

Гуриев говорит, что столь заметная разница между эффективностью официальной и неофициальной деятельности объясняется тем, что "в неофициальном секторе производительность труда обычно более высокая - такие рабочие места не создаются для галочки. Но, с другой стороны, здесь достаточно мало высококвалифицированных рабочих мест". Согласен с этим и Гавриленков. "Получается, что в целом работа в теневой экономике идет эффективнее, чем в основной, особенно в госсекторе", - говорит он.

Анфиса Воронина Александр Беккер

Заткнули МРОТ Зарплата госчиновников снова растет?  »
Юридические статьи »
Читайте также