Тайна в законе Защита коммерческих секретов обретет законодательную основу

Недавно Правительство одобрило проект федерального закона "О коммерческой тайне". На ближайшее время намечено его рассмотрение в комитетах и комиссиях Государственной Думы.

Идея выделения в национальном законодательстве вопросов, связанных с правовой охраной коммерческой тайны, явилась свидетельством развития правовых институтов, защищающих интересы предпринимателей. Ранее вопрос коммерческой тайны регулировался просто отдельными нормами законов и подзаконных актов. Каждый из них запрещал разглашать коммерческую тайну в той сфере, которую он был призван регулировать, а Гражданский кодекс, определив ее базовое понятие, вместе с Уголовным указал ответственность за нарушение режима секретности, что называется, "на все случаи жизни". Иногда на помощь приходил и принцип аналогии закона.

Единственное, что можно выделить в качестве прямого предшественника обсуждаемого законопроекта, так это Перечень сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну, принятый постановлением Правительства РСФСР аж в 1991 году, и Перечень сведений конфиденциального характера, утвержденный Указом Президента РФ в 1997 году. И только.

Заслуга будущего закона уже в том, что он довольно успешно консолидирует в себе прежние правовые наработки, учитывая при этом вносимые практикой коррективы. К коммерческой тайне может быть отнесена научно-техническая, технологическая, производственная информация, а также сведения типа "ноу-хау", имеющие коммерческую ценность. Закон дает возможность ввести режим секретности еще до получения патента. Информация, которая имеет потенциальную ценность - новые идеи, рационализаторские предложения, - также может быть причислена к этой категории.

Режим коммерческой тайны таков. Определяется перечень ценных сведений. Затем доступ к ним должен быть ограничен такими способами, как подписание соответствующих договоров с работниками и контрагентами, нанесение грифа "Коммерческая тайна" и указание ее обладателя на материальных носителях, применение технических мер защиты конфиденциальности. Проблема урегулирования данного вопроса имеет принципиальное значение. Дело в том, что только при условии, что информация не может быть известна третьим лицам на законных и были приняты все возможные меры для ее засекречивания, сведения признаются коммерческой тайной со всеми вытекающими последствиями.

Однако законопроект на данной стадии разработки содержит три новых, отнюдь небесспорных положения, так или иначе связанных с ограничением режима секретности.

Во-первых, обладатель коммерческой тайны обязан по требованию перечисленных в законе органов безвозмездно предоставлять информацию, составляющую коммерческую тайну. Правда, "в обмен" на гарантию ее неразглашения последними.

Между прочим, данное положение очень напоминает формулировку аналогичной обязанности сотрудника банка в Законе "О банках и банковской деятельности", которые касаются предоставления сведений, составляющих банковскую тайну физического лица, соответствие законодательству которого периодически подвергалось сомнению. К тому же, если обратить внимание на законодательство, которым мы располагаем на данный момент, то увидим, что все субъекты, прямо или опосредованно в силу служебных обязанностей имеющие доступ к такого рода сведениям (сотрудники налоговых и таможенных органов, аудиторы), имеют право разглашать эту информацию только при соответствующе оформленном и четко мотивированном запросе судей (или их заместителей), следователей и прокуроров. Для чего и на каком основании наблюдается попытка принципиального расширения полномочий ряда органов, не совсем понятно.

Второе положение заключается в том, что режим коммерческой тайны не может использоваться для сокрытия правонарушений и нанесения ущерба законным интересам государства, физических и юридических лиц. Так что лицо, располагающее ценными сведениями, которые получены на законных основаниях, и во имя всеобщей справедливости передавшее эту информацию в суд или правоохранительным органам, от ответственности за разглашение такой информации освобождается. Трудно сказать, какие последствия принесет практика применения данной позиции.

Спорным положением законопроекта является также своего рода предостережение, что при засекречивании сведений, напрямую не относящихся к категории коммерческой тайны, чересчур скрытные предприниматели рискуют попасть под ответственность. Причем не указано, под какую именно.

Можно только догадываться, какие поправки будут внесены в проект при обсуждении его депутатами во втором чтении. Хотелось бы, чтобы народные избранники использовали свой шанс избавить зарождающийся закон от противоречащих действующему законодательству норм и элементарному здравому смыслу. Ведь уже сейчас видно, что, скажем, положение о предоставлении коммерческой тайны ее обладателем в любые органы вне зависимости от наличия запроса суда и санкции прокурора не соответствует ст. 23 Конституции РФ. Необходима и более четкая регламентация оснований и процедуры запроса ценных сведений. В противном случае коммерческая тайна рискует превратиться в удобный и доступный инструмент конкурентной борьбы. Кроме того, целесообразно было бы учесть, что кроме материальных носителей ценной информации в оборот входят носители электронные, где процедура защиты конфиденциальности несколько специфична.

Вообще разработка такого закона сегодня как нельзя кстати. США, Китай, Япония - вот лишь некоторые из списка стран, которые относительно недавно обзавелись законами о коммерческих тайнах.

Наконец, соответствие мировым стандартам в плане охраны торговых тайн и интеллектуальной собственности в целом обещает стать неплохой протекцией для вступления России в ВТО.

Конечно, сейчас разрабатываемый проект весьма далек от совершенства. Очень бы хотелось, чтобы спустя какое-то время после разрешения всех вопросов, обсуждения многочисленных поправок и окончательного редактирования, выработки механизмов реализации и приведения их в действие на практике, мы могли бы говорить о целостном законодательном секторе, сформировавшемся-таки в рамках национальной правовой доктрины и при этом вобравшем в себя наиболее удачные и необходимые наработки международной практики.

Анна Будневич юрист

Между тем

Конституционный суд России приступил к проверке конституционности части II статьи 14 Федерального закона "О судебных приставах". Согласно оспариваемой норме, все органы, организации и должностные лица обязаны предоставлять судебным приставам востребованную ими информацию и документы.

Сомнения в конституционности этой нормы возникли в связи с тем, что банки, ссылаясь на банковскую тайну, как правило, отказывают приставам в предоставлении информации о наличии денежных средств на счетах своих вкладчиков. Судебные приставы штрафуют руководителей банков за невыполнение их требований, а суды в различных регионах выносят диаметрально противоположные решения о том, должен ли банк предоставлять приставам информацию о вкладах граждан.

Поводом к рассмотрению этого в КС послужил запрос Лангепасского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа. В своем запросе заявитель указал, что обязанность хранения банковской тайны установлена статьей 857 Гражданского кодекса России и статьей 26 Закона "О банках и банковской деятельности". Согласно закону справки по счетам и вкладам физических лиц выдаются кредитной организацией судам или органам предварительного следствия (при наличии согласия прокурора). То есть в круг субъектов, имеющих право истребовать такую информацию, судебные приставы не включены, отмечают заявители. С точки зрения Лангепасского суда, существует противоречие между оспариваемой сейчас в КС нормой Федерального закона "О судебных приставах" и нормами Гражданского кодекса и Закона "О банках и банковской деятельности".

РИА "Новости".

ЦБ поощряет банки Открывающие балансы на его сайте  »
Юридические статьи »
Читайте также