Самая надежная "крыша" - это мансарда

Все, кому довелось летать над городом на вертолете, делали для себя два противоположных по эмоциям открытия. С высоты птичьего полета Петербург с его лучами улиц, стрелами проспектов и зелеными "блюдцами" скверов просто прекрасен. Второе наблюдение, однако, низводило эту поэзию до житейской прозы. Крыши зданий, особенно в центре города, имеют удручающий вид.

Ржавые и с заплатами, они говорят о застарелой болезни своих домов, которую надо срочно лечить. Какое выбрать для этого средство, чтобы оно устраивало жильцов потенциально обреченного дома, который ни отремонтировать, ни расселить возможностей у города не появится, всего вероятнее, никогда?

Решение находится на поверхности и может быть именно для Петербурга самым эффективным: выкинуть на помойки старые крыши и на инвестиционных условиях переоборудовать чердаки в мансарды.

Идея эта, конечно, не нова и давно апробирована в Европе (между прочим, с XVII века), где, например, в мансардах над крышами Парижа обитает творческая богема, а в богатом Дюссельдорфе - состоятельные люди, которым изобретение Франсуа Мансара тоже пришлось по вкусу из-за простора помещений, света, близости к солнцу и возможности круглый год иметь на крыше (т. е. в мансарде) свой личный зимний садик.

Но оставим тот мир - он от нас все еще далек. Подумаем о наших, пока еще не построенных, мансардах. Подсчитаем, есть ли у жителей центральных районов Петербурга какая-то выгода от того, что их старые дома, как кокетливой шляпкой, накроются мансардами. Дадим слово специалисту.

- Построенная мансарда - это не просто еще один этаж вместо захламленного, пыльного и огнеопасного чердака, а новая жизнь старого дома. Его возвращение в строй респектабельного жилья, имеющего хорошую цену и избавленного от протечек, ржавых труб, облупившегося фасада и дряхлого скрипучего лифта, - говорит заместитель директора управляющей компании LAND LORD Александр Антипов. - Инвестор берет обязательство не ограничиться только мансардой, потому что она, по сути, не самоцель, а лишь одна часть комплексных работ по реконструкции запущенного здания, которые будут вестись без отселения жильцов, и не в темпе долгостроя, поскольку не зависят от бюджетных средств.

Инвестор обновляет инженерные сети, ремонтирует подвал и фасад, делает новую крышу, которой становится мансарда, меняет электропроводку, оснащает вход в подъезд домофоном, благоустраивает двор, а в некоторых случаях даже устанавливает автономную котельную, и дом получает независимое горячее водоснабжение. Все это не из мира фантазий. Их подтверждают завершенные проекты. Вот несколько адресов: Мытнинская наб., 3, 9, 11, ул. Мира, 10, наб. реки Фонтанки, 8 и 28, и т. д.

Таким образом, выходит, что каждый житель дома, где будут идти по взаимному согласию подобные работы, не затратив ни рубля, получает более качественные условия проживания. И не от своего жэка, не от районной или городской власти, что кормят пустыми обещаниями и часто повышают тарифы на коммунальные услуги, ничего не предоставляя взамен, а от строительной фирмы, которая заключила с собственниками жилья договор о согласии на проведение реконструкции здания.

Этот договор очень важен. По гражданскому и жилищному законодательству собственники квартир в многоквартирном доме кроме своего жилища имеют еще и общую долевую собственность, а это та же самая крыша, лестница, подвал и т. д. И прежде чем начать здесь реконструкцию и строительство мансарды, надо от каждого собственника получить персональное на то согласие. Но если найдутся те, кто этого "просто так" не захочет или отсутствующие неизвестно где, то с проектом придется распрощаться. И все жильцы дома потеряют свой наверняка единственный ныне шанс улучшить личные жилусловия. Ведь для реконструкции берутся старые дома, в которых много нерасселяемых коммуналок. После реставрационных работ этот вопрос решается достаточно быстро, а цена комнат и квартир существенно возрастает. Дальновидные люди понимают это, и тогда между встречей инвесторов с жильцами дома - собственниками жилплощади и завершением всех работ проходит полтора года. Но бывают другие случаи, когда хорошие проекты приостанавливаются. Причем из-за того, что не получено согласие меньшинства в ущерб интересов большинства. И дом становится обреченным на дальнейшее ветшание.

Договор этот необходим собственнику жилья гораздо больше, чем строителю. В него вносятся не только обязательства (по пунктам), которые будут выполнены производителем работ на общей долевой собственности дома, но и личные пожелания каждого жильца, связанные с ремонтом. И еще важный аспект. Недвижимая собственность каждого жильца будет застрахована на случай неожиданных последствий ремонта, хотя таковых еще не было, но гарантия все же не помешает.

Думаем, нелишне здесь ознакомиться и с той дорогой, по которой должен пройти инвестор, прежде чем будут сняты ржавые листы с худой крыши. Она извилиста и крута, как путь на гору, и может занять более полугода. Инвестору потребуется разрешение от администрации района, план с комментариями от ПИБа, справка от КГИОПа, согласование проекта в комитете по строительству и получение от него разрешительного письма, наконец, встреча в КУГИ. Здесь он должен представить согласие жильцов на строительство в их доме мансарды. Если его не будет, то право собственности впоследствии не зарегистрируют в ГБР и строительство окажется бессмысленным...

Так стоит ли городить огород, то бишь строить мансарды? Определенно стоит. Финиш уплотнительной застройки виден ярче, чем свет в конце тоннеля. Бесконечно вширь город расти не может: затрудняет отсутствие инфраструктуры и нерешенные транспортные проблемы. А вот мрачный чердак, как бабушкин сундук, таит сокровища. Вытащить их и "раскрутить", не покидая правового поля, прямая выгода для всех - города, инвесторов, жильцов старого петербургского дома, если они не упустят по легкомыслию или капризу свой шанс. Возможно, единственный.

Марина Васильева

Загородная стихия  »
Юридические статьи »
Читайте также