Расписание на завтра

"А давайте наш разговор проведем не в моем московском кабинете, а в Санкт-Петербурге, - предложил Алексей Кудрин. - Вдали от столичного шума комфортнее будет, заодно увидите, как город к 300-летию готовится".

Мы согласились и не пожалели: "вдали от столичного шума" в доме на Дворцовой набережной, где ныне расположен Морской Регистр РФ, разговор с вице-премьером и министром финансов России получился обстоятельный и довольно откровенный. И не только о финансах.

- Алексей Леонидович, известная банкирская истина гласит: "Деньги любят тишину". По сравнению с суетливой Москвой Санкт-Петербург город тихий. Тем не менее все деньги текут в "шумную" столицу. Почему?

- Ситуация будет меняться... Дело в том, что в России еще не созданы такие условия для предпринимательства, когда не важно, где деньги находятся и работают, - везде они принесут свою прибыль. Москва - столица, там находятся правительственные и прочие госучреждения, которые решают все важнейшие вопросы, включая и финансовые. Там же - головные офисы практически всего крупного бизнеса, включая компании, которые вкладывают свои деньги в другие регионы, к примеру весь Топливно-энергетический комплекс (ТЭК). А вот налоги они зачастую платят не в Москве и не в регионе, где добывают сырье, а в третьем месте - там, где можно получить налоговую льготу. У нас есть регионы-лидеры по уплате налогов нефтяными компаниями, через льготы которых они стараются провести свои денежные потоки. Такому региону останутся капли от общего объема средств, но там и этому рады. Поэтому тут вы и правы, и не правый Хотя по объему инвестиций Москва, конечно, вне конкуренции. Санкт-Петербург занимает второе место. А вот остальные региональные, даже нефтяные, центры сильно в этом плане отстают. Конечно, в идеале такой перекос нужно выравнивать. Но это дело не одного дня.

- Но сейчас на повестке дня куда более актуальный "перекос" - имеется в виду явное ослабление позиций доллара и "взрывной" рост курса евро. Как вы можете прокомментировать сложившуюся ситуацию? Нет ли тут скрытой или явной угрозы для экономической безопасности страны?

- Ослабление доллара связано с тем, что экономика США находится в стадии рецессии и "просела" несколько больше, чем все ожидали, вот евро и вырвался так сильно вперед. Но Европа тоже находится в предкризисном состоянии, рецессии. Произошло более существенное, чем ранее планировалось, увеличение дефицита бюджета практически всех ведущих европейских стран. Просто сейчас у Америки негатива в экономике чуть больше, а у Европы - чуть меньше. Так что не думаю, что рост евро связан с более высокой ролью, которую эта валюта, по мнению некоторых аналитиков, может играть в мировом экономическом устройстве. Все определяет экономика. Как создавали США третью часть мирового продукта, так и сегодня создают. Как трудилась Америка по единым правилам рынка, так и продолжает трудиться. А в Евросоюзе все решения еще надо согласовывать. Так что если не будет каких-то форс-мажорных обстоятельств, связанных, к примеру, с какими-то терактами глобального масштаба, не дай бог, конечно, то в таком случае не стоит ожидать существенных изменений курсов на валютном рынке в ближайшее время.

Что касается России, то нынешние колебания не наносят нам особого ущерба, а в чем-то даже выгодны. Конечно, это несколько удорожает в долларовом выражении наши расчеты с Европой. С другой стороны, все экспортные пошлины мы взимаем в евро. Кроме того, падение доллара по отношению к рублю создает благоприятный климат для отечественных экспортеров, заинтересованных в рынках США.

- Как в целом государство намерено выстраивать свою политику в отношении евро? Возможна ли переориентация нашей экономики с доллара на единую европейскую валюту?

- Такая переориентация частично уже происходит. Но окончательной быть не может. Еще раз повторяю, что Соединенные Штаты являются наиболее экономически мощным государством. Так что о чем тут говорить? Несомненно, вторым полюсом является объединенная Европа, но она не является единым государством в полном смысле. Введение евро - безусловно перспективный шаг. Но он должен сопровождаться более активной структурной политикой и сопряжением экономик всех стран ЕС, что получается не всегда. В ЕС, к примеру, сохраняется ряд ограничений в торговле с другими государствами. Это, на мой взгляд, не способствует динамизму европейской экономики. Зачастую подобные барьеры устанавливаются под давлением политических соображений, без учета того, что требуют интересы мировой экономики.

- То есть российская экономика от евродолларовых колебаний пока застрахована?

- Силы и возможности главных мировых экономических центров сохранены, глобальных изменений в их экономиках не происходит. Это означает, что нет угрозы серьезных изменений в сложившемся за последние годы раскладе сил.

- Но бытует мнение, что стремительная экспансия евро может осложнить наши выплаты по внешнему долгу...

- Когда я говорил о тенденции к переориентации на евро, то имел в виду, что наше население стало несколько больше вкладывать средств в новую валюту. Но процесс этот идет весьма медленно, и доллар по-прежнему остается основным средством сбережений. Так что о тотальной переориентации речи нет. Что касается выплат по внешнему долгу, то и здесь нет никаких оснований для беспокойства. Даже самый пик роста евро по отношению к доллару вызвал рост дополнительных внешних платежей - в долларовом исчислении в прошлом году в размере 400 миллионов, что было предусмотрено бюджетом. Вот и все...

- Тем не менее ряд финансистов предсказывает в этой связи существенный всплеск инфляции. Ваш прогноз?..

- Никакого всплеска сверх того, что запланировано на 2003 год, не будет. Руководство ЦБ в конце прошлого года защитило в парламенте основные направления кредитно-денежной политики. При этом было заявлено, что уровень инфляции не превысит 12 процентов. Каких-то других официальных мнений я пока не слышал.

- Не так давно вы заявили, что основной задачей на ближайший период является общее сокращение налогового бремени при отмене налоговых льгот. Что изменится в этой связи? Каких новых налогов ждать, какие будут отменены или скорректированы?

- С 1 января 2004 года мы планируем отмену налога с продаж. Кстати, это уже принятое парламентом решение. Просто оно должно вступить в силу. Во-вторых, мы в течение ближайших двух лет будем сокращать единый социальный налог. Затем мы приступим к снижению налога на добавленную стоимость. Вот наши ближайшие планы.

- Можно ли выстроить некий рейтинг налогов - какие из них для госказны весомы, а какие затратны?

- Каждый налог выполняет свою важнейшую функцию и имеет свою расчетную базу. И НДС, и налог на прибыль, и единый социальный налог, который взимается с фонда оплаты труда,- все вместе они, вне зависимости от каких-то сезонных колебаний и конъюнктуры, должны обеспечивать достаточную стабильность доходов бюджетов разных уровней. Для субъектов РФ главным является подоходный налог. Для них также важны имущественные налоги и акцизы. Для федерального бюджета ключевыми являются налоги на добавленную стоимость, на прибыль и акцизы. В прошлом году к таковым был присоединен налог на использование полезных ископаемых. В 2002 году по сравнению с предыдущим годом с добывающих компаний мы собрали с его помощью 8 миллиардов, что принесло в федеральный бюджет дополнительно 5 миллиардов долларов, не увеличив для них при этом налогового бремени в целом.

- За счет чего?

- А за счет того, что новый налог, заменив три других (акциз на нефть, налог на воспроизводство минерально-сырьевых ресурсов и роялти, то есть уплату за использование месторождений), не дает возможности уйти от налогообложения за счет использования разных "серых" схем. Как было раньше? К примеру, те же нефтяные компании вовсю пользовались трансфертными заниженными ценами внутри своих вертикально интегрированных структур. А сейчас - добыл тонну нефти - заплати конкретную, то есть абсолютную ставку с тонны. При росте мировых цен растет и ставка. Снижается мировая цена - снижается и ставка. Все справедливо, ведь дополнительный доход от высоких цен в мире - это дар Божий, в нем нет заслуг нефтяников. Введение такого налога, от которого невозможно уйти, означает, что впервые за многие годы наша промышленность заработала на бюджет, а мы перекрыли существенный канал ухода от налогов.

- Как вы считаете, для кого наша налоговая система сегодня наиболее комфортна - для крупного бизнеса или для тех, кого принято называть "средним классом"? Можно ли вообще через налоги проследить за динамикой его формирования?

- Пока в более комфортном состоянии находится ТЭК. Как показывает практика, туда бурно идут инвестиции, там - большие прибыли и рентабельность. А если исходить из того, что количество собственников там весьма ограничено, то можно сказать, что да, наши нынешние налоги работают на интересы крупного бизнеса в области добычи природных ресурсов. К сожалению, в меньшей степени они работают на крупный бизнес в области переработки и машиностроения. Для этого и занимаемся сейчас очень скрупулезно и не жалея времени налоговой реформой. Что касается малого бизнеса, то начиная с этого года я бы не сказал, что налоги для него являются непосильными, мы их значительно снизили. А вот количество других ограничений и административных барьеров весьма болезненно влияет на его развитие. Поэтому теперь в первую очередь займемся ликвидацией подобных препон.

- Вы публично пообещали исполнить бюджет 2003 года "копейка в копейку при любых условиях". Есть ли факторы риска, которые могут этому помешать? Раньше, например, всех пугали так называемой проблемой 2003 года - необходимостью крупных выплат по внешним долгам...

- Еще в сентябре-октябре 2002 года в Международном валютном фонде, а также в среде ведущих компаний обсуждалась возможность резкого снижения цен на нефть. Тогда цена за баррель нефти типа Brent составляла около 28 долларов. Считалось, что при определенных обстоятельствах эта цена может упасть на 10 долларов. Такое снижение, учитывая, что российский бюджет серьезно зависит от доходов данного сектора, может оказать неблагоприятное воздействие на планы по выплатам наших внешних долгов в срок. Сегодня можно сказать, что мы подошли к решению этой проблемы таким образом, что даже такие жесткие прогнозы не могут помешать нам исполнить бюджет и, следовательно, рассчитаться с внешней задолженностью. У нас есть растущая экономика, у нас есть финансовый резерв.

- У государства появился "финансовый жирок"... В какую сторону вообще меняется структура госдоходов? Какую долю в них занимает нефте- и газоэкспорт? Можно ли говорить, что у сырьевого сектора экономики появляются конкуренты?

- Нет, пока, к сожалению, таких конкурентов я не вижу. 2002 год подтвердил в этом плане прочность позиций ТЭК. Что в определенной степени вызвало наше беспокойство, поскольку проводимые в последнее время структурные меры, направленные на поддержку других отраслей, пока не дали весомых результатов. А вот ТЭК, напротив, за то же время нарастил свои возможности как по объемам добычи, так и по модернизации, что хорошо, но плохо для повышения конкурентоспособности остальных отраслей.

- А почему не вложить деньги, к примеру, в развитие туризма или в какую-либо другую отрасль, способную дать быструю отдачу? Опыт того же Китая подсказывает, что, начиная свои реформы, они вкладывали средства в разные "корзины". Тот же туризм у них проходил чуть ли не второй строкой бюджета. И сейчас доходы от него принесли казне более 70 миллиардов долларов - то есть сумму, равную всему российскому бюджету. Неужели такой пример не вдохновляет?

- Китай, между прочим, до сих пор полностью не ушел от госпланирования, а у нас рынок, и деньги ищут самую высокую рентабельность. Мы стараемся, чтобы ставку делали не только на ТЭК. Но "проза жизни" сегодня такова, что этот сектор экономики очень успешно развивается и очень успешно себя воспроизводит. Поэтому сейчас правительство главным в среднесрочной перспективе на 2003-2005 годы избрало направление на диверсификацию производства: то есть мы стремимся к большей сбалансированности разных отраслей. А для этого мы должны и будем создавать большие возможности для обрабатывающей промышленности. А вот какая отрасль - автомобилестроение (конечно, не в том виде, в каком оно существует, а в виде лучших образцов совместного производства) или же авиационно-космическая, а возможно, нефтехимическая, пищевая или энергетическая - возьмет лидерство, это уже другой вопрос. Какая из них рванет вперед - это уже зависит от менеджмента данных отраслей, от их умения работать на рынках.

- Некоторые ваши оппоненты полагают, что новая редакция Закона "О валютном регулировании и валютном контроле" может оказаться "провокационной для экономики" и нарушит сложившийся баланс на финансовом и валютном рынках. А в принципе созрела ли российская экономика для отмены валютного регулирования?

- Еще недавно нас критиковали по этому закону со всех сторон - и справа и слева. Одни считают, что он устарел и надо скорее снимать все барьеры. Другие, в лице того же финансового сектора, беспокоятся, что если мы широко откроемся, то вообще останемся у разбитого корыта в случае непредвиденной кризисной ситуации. Работа над законопроектом шла довольно долго, и нам удалось найти золотую середину - это признали многие наши бывшие критики. Большинство положений действительно значительно либерализовано, в дальнейшем предусмотрена отмена целого ряда разрешительных позиций, но оставлена возможность для ввода ограничений при возникновении сложных и опасных ситуаций для внутреннего рынка. Другими словами, мы ограничения снимаем, сохранив возможность применения некоторых механизмов в кризисных условиях. А с 2007 года мы их существенно сократим. Правительство в этом вопросе считает, что эволюция лучше, чем революция.

- Вы знаете, как зациклилась наша Госдума на вопросе вывоза валюты. Кто-то требует довести этот "потолок" до 10 тысяч долларов. Другие, напротив, считают, что и трех тысяч вполне хватит. Вы сами как считаете?

- Я думаю, что согласительная комиссия выработала вполне приемлемый вариант: вывоз трех тысяч долларов без декларирования, а до десяти - с декларированием, но без разрешения. Все равно все пользовались покупной справкой, да и продавалась она чуть ли не на каждом углу. Она не играла никакой защитной роли в борьбе с "отмыванием". То есть декларирование должно сохраниться в качестве подконтроля, чтобы можно было бороться с "отмыванием" и с таким злом, как финансирование терроризма. А справки исчезнут.

- Вернемся к национальной валюте. После того как появились сообщения о том, что ЦБ намерен выпустить новые дензнаки, поползли слухи, будто бы грядет очередная денежная реформа. Есть ли основания для подобных утверждений?

- На данном этапе никаких денежных реформ не предусмотрено.

- А в дальнейшем?

- Может, лет эдак через двадцать, когда, возможно, возникнет такая необходимость. Но сейчас ее точно не будет.

- Другой вопрос: как и где российские рубли хранить? В последнее время немало говорят о пробуксовке банковской реформы...

- Абсолютно с этим не согласен. Чтобы дать справедливую оценку, необходимо учесть, что уже примененные новые принципы и нормативы к банкам, к достаточности их капитала приобретают особое значение при переходе банковских учреждений на международную систему учета, которая начнет действовать с 2004 года. И потому значительная часть банков уже сейчас должна пересмотреть свои возможности, усилить свою капитализацию, слиться с кем-то, а возможно, и самоликвидироваться, так как новая система учета всех выведет на чистую воду. Требования настолько возросли, что вы скоро услышите о шумных банкротствах и ликвидациях банков, порой и известных. Процесс-то уже пошел. Я бы сказал, что это один из самых амбициозных планов реформы, и отступать от него мы не намерены. Экономике России нужна сильная и надежная банковская система.

В то же время в этом деле существует и обратная сторона медали - не допустить опасной для такой сложной системы спешки. Вот, допустим, мы объявляем, что с такого-то дня усиливаем требования к банкам, к их надежности, что отныне все банки будут жить по другим критериям надежности. Как в такой ситуации начинает действовать менеджмент, если у него и акционеров банка не хватает времени, чтобы приспособиться к новым правилам? Он начинает "химичить" и выводить активы из банка, "кидая" при этом банк вместе с клиентами и вкладчиками. То есть, если очень сильно завинчивать гайки, можно сорвать резьбу. Это касается любого дела, но банковского - особенно. Поэтому мы очень внимательно обсуждали все эти подходы, прежде чем остановились окончательно на том сценарии, который был утвержден в прошлом году. Теперь он реализуется.

- Часто проходят сообщения о том, что наш президент обещал тому-то выделить столько-то денег, а тому-то - столько-то. В этом вопросе вы, как министр финансов, во всем соглашаетесь с главой государства?

- Дело в том, что президент и правительство строго исполняют бюджет. Это - закон, и его никто не может обойти. Вот уже два года, как Счетная палата представляет отчет об исполнении бюджета предыдущего года. И мы исполнение бюджетов защищаем в Госдуме так же, как и проекты бюджетов. Так что все полностью находится под двойным контролем, и мы никогда не выходим за рамки бюджета. Другое дело, что порой случаются "непредвиденные обстоятельства", главным образом связанные с природными катаклизмами, которые мы предусмотреть не можем. На этот счет есть резервный фонд правительства, а если его не хватает, предлагаем парламенту внести поправки в бюджет.

Где действительно потребовалось очень значительное непредусмотренное финансирование, так это на ликвидацию последствий от наводнений прошлого года. Нам пришлось выделить около 15 миллиардов рублей. Нас спасло только то, что год был успешным по доходам и у нас был резерв в части перераспределения средств внутри тех или иных статей. Что касается остальных поручений президента, то все они всегда укладываются в полномочия президента и правительства.

- В последнее время пошли разговоры о том, что вы подумываете вступить в партию "Единая Россия". Вы как федеральный министр как к этому относитесь и должны ли, по вашему мнению, министры и другие представители исполнительной власти становиться членами той или иной политической организации?

- Быть членами той или иной политической организации - это весьма естественное состояние для министров многих стран, там, где формируются партийные кабинеты. Такой порядок, я считаю, неизбежно является важным элементом нормального функционирования политической системы во многих демократических странах. Сильная политическая система всегда базируется на фундаменте сильных политических партий. В этой связи и в нашей стране правительству было бы неплохо четко продемонстрировать, какую политическую платформу оно намерено защищать. Сейчас мы еще только воспитываем политическую цивилизованность. Но впоследствии, когда у нас партийная культура достигнет соответствующих высот, наше правительство, думаю, будет выступать с более четких партийных позиций. Поэтому я не вижу ничего необычного в том, что меня увязывают с движением "Единая Россия". Но пока я сам не собираюсь вступать ни в какую партию. Тем не менее с большой симпатией отношусь и к "Единой России", и к правым партиям, представленным сейчас в Госдуме.

- Как известно, в этом году будет отмечаться 300-летие Петербурга. Вы как питерец и одновременно министр финансов удовлетворены тем, как идет подготовка к юбилею?

- Основную нагрузку по подготовке праздника несет федеральный бюджет. Но собственно Санкт-Петербург - это не областной центр в обычном смысле. Это общероссийский и мировой центр с точки зрения культуры, науки, промышленности. Это крупный порт, обслуживающий всю Россию. Поэтому 300-летие Северной столицы - это прежде всего забота федерального правительства. Кроме того, на праздник съедутся все или почти все лидеры ЕС и "большой восьмерки", а также стран СНГ и Балтии. Далеко не ординарный праздник! В целом все объекты обеспечены необходимыми финансами. Есть, правда, среди них несколько, которые вызывают беспокойство, но не в плане отсутствия денег. Повторяю, все деньги выделяются в необходимом объеме и в срок. Главное сейчас, чтобы они правильно и качественно были освоены. Многие, включая губернатора Владимира Яковлева, сетуют, что денег на юбилей выделяется мало. Это удивляет, поскольку сегодня вообще дан зеленый свет тем объемам необходимых средств, которые в Санкт-Петербурге могут быть освоены на правильные цели. Кроме того, непосредственно на организацию встречи глав иностранных государств дополнительно выделено 2,5 миллиарда рублей.

Мы даем деньги исключительно на федеральные объекты, которых в городе огромное количество. Мы их содержим и реконструируем. Так что пусть губернатор не беспокоится по поводу их жизнедеятельности, здесь мы не ударим в грязь лицом. Владимиру Яковлеву я бы посоветовал больше сконцентрироваться на дорогах, коммуникациях и другой городской инфраструктуре. То есть непосредственно на той хозяйственной деятельности, которую он обязан выполнять как губернатор...

- Говорят, что вы знаток и покровитель Мариинки?

- Я очень люблю Мариинский театр. Мало того, я горжусь хорошими отношениями с Валерием Гергиевым. Знаю многих его коллег, которые с ним в театре работают. Но сейчас у Минфина возникло и очень важное совместное с Мариинкой дело. Речь идет о том, что правительство приняло решение о строительстве новой площадки для театра и предусмотрело соответствующее финансирование. В начале января сформировано международное жюри по выбору архитектурного проекта. Ведущим архитектурным группам мира было предложено участвовать в этом закрытом конкурсе. Признаюсь, мне, как питерцу и министру финансов, крайне важно, чтобы город и театр получили самое лучшее и красивое здание.

- Какие у вас самые любимые места в Санкт-Петербурге?

- Их много. Взять хотя бы дом N 8 на Дворцовой набережной, в котором мы с вами беседуем, из его окон открывается один из самых лучших видов на Адмиралтейство! Ныне в нем расположен Морской Регистр РФ. Это здание, которому более 250 лет и которое начал возводить еще великий Растрелли, зовется также дворцом Кантемира. Отец и сын Кантемиры - князья Дмитрий и Антиох - были убежденными сторонниками петровских преобразований. Поэтому, наверное, и выстроенный ими дом получился в плане зодчества весьма своевременным и прогрессивным для того времени и оттого на редкость красивым. Но моим самым памятным местом в Питере остается Стрелка Васильевского острова.

- Какой для вас в Санкт-Петербурге адрес номер один?

- Родительский дом. В Питере по-прежнему живут мои родители, сестры, дочь, племянники. У нас с ними растет общий любимец - котенок Мишка...

- Рассказывают, что вы очень дружны с родными, особенно с сестрами...

- Я им всегда помогал как старший брат. В детстве за ними приглядывал, особенно за совсем маленькими. Отец был военным и часто сутками пропадал на службе. Да и маме быстро пришлось выйти на работу. У мамы трое детей, и я вообще считаю, что это семейный идеал. Мама, которая всю жизнь проработала в финансовой системе, несмотря на свою занятость, уделяла нам очень много внимания. Никогда ни к чему родители меня не принуждали. Поэтому я был и остаюсь свободным человеком. Хотя если бы было более жесткое воспитание, наверное, я смог бы больше сделать в своей жизни Но если родители видели, что я начинаю отставать по каким-то предметам или же мое свободолюбие выходит за рамки, они тут же подключались, и делали это достаточно жестко. Мои родные были и остаются моими главными воспитателями, учителями и критиками.

- Даже больше, чем президент?

- Наверное, так и должно быть...

- А как вы вообще относитесь к тому, что вас в прессе причисляют к "питерским"?

- (Смеется.) Я себя не причисляю ни к каким группировкам. Просто, наверное, такая классификация удобна для журналистов, когда они описывают те или иные политические процессы. Те, кого причисляют к "питерским", приехали в Москву в разное время и по разным причинам. Безусловно, часть из нас прибыла в Белокаменную по приглашению президента Путина. Я приехал в столицу существенно раньше, хотя и одновременно с Владимиром Владимировичем. Когда Собчак проиграл выборы, мы с Путиным подали в отставку и уехали работать в Москву. Тогда для тех, кто уже давно работал в столице, мы были почти никто и шли примерно на равных основаниях на работу в администрацию президента. Как говорят, вливались в столичную политическую жизнь...

- А у вас с Владимиром Владимировичем сугубо рабочие отношения?

- В первую очередь да. Правда, то, что мы с ним были первыми замами мэра Анатолия Собчака и работали прежде всего как коллеги-единомышленники, сохранило в деловых отношениях определенную теплоту. И конечно же присутствует доверие, иначе быть не может. В целом сегодня есть сложившиеся отношения "руководитель - подчиненный"... Давайте я вам лучше расскажу, почему Стрелка Васильевского острова является моим самым любимым местом в Питере. Среднюю школу я окончил в Архангельске. После этого перебрался в Санкт-Петербург, в котором жил, работал и учился целых 18 лет. Так вот, когда я приехал в Северную столицу, то сразу же пошел на Университетскую набережную - поступать в университет. Там же я начал посещать философский факультет на Менделеевской линии. Но сразу в университет я не поступил и пошел работать в Военную академию тыла и транспорта, которая также находится в зоне Стрелки Васильевского острова. Так для меня начинался Санкт-Петербург. Потом, когда я уже окончил университет и пошел работать в Академию наук, выяснилось, что головное здание академии тоже находится на Стрелке. Так вот на протяжении многих лет каждый будний день приезжал к 8 утра в это красивейшее место. Можно сказать повезло...

Александр Чудодеев

Санкт-Петербург

Правительство Санкт-Петербурга заявляет о необходимости совершенствования системы финансового контроля  »
Юридические статьи »
Читайте также