Капитализм: Премьерская кувалда

Михаил Касьянов одержал новую аппаратную победу, последствия которой могут серьезно повлиять не только на расстановку сил в российском истеблишменте, но и на экономическую политику всего государства.

Несмотря на сопротивление трех ключевых экономических ведомств - Минэкономразвития, Минфина и МНС, премьер подписал постановление N 218, по которому определяется порядок возбуждения дел о банкротстве в отношении предприятий - должников бюджета. Ранее эти же ведомства протестовали против назначения ФСФО единственным органом, уполномоченным государством вести дела о банкротстве. Противники Касьянова утверждали, что появление квазимонополиста "резко понизит прозрачность принятия решений при возбуждении процедур банкротства и противоречит действующему законодательству".

Скандал, вынесенный на публику, тем не менее не возымел никакого эффекта. Спустя некоторое время Михаил Касьянов спокойно подписал спорное постановление, сделав лояльное ему ФСФО фактически единственным вершителем судьбы десятков крупнейших компаний и предприятий. Однако на этом премьер не остановился. Согласно новому постановлению принимать решение о возбуждении процедуры банкротства в отношении крупных предприятий (с внеоборотными активами свыше 5 млрд руб. ) будет непосредственно премьер-министр. В отношении же более мелких предприятий действует более сложный механизм. Если мнения МЭРТа и ФСФО расходятся, окончательное решение принимает опять же глава правительства. Примечательно, что такие трактовки предложены все тем же ФСФО, хотя в документах авторство проекта постановления приписывается некоей "экспертной группе". И это тоже административная новация, поскольку раньше в документообороте такого понятия просто не существовало (наверное, потому, что раньше не существовало и самих "экспертных групп"). Альтернативный же вариант постановления, предложенный МЭРТом, предполагал, что решения о банкротстве будут приниматься на заседаниях правительства (т. е. с участием множества членов кабинета министров). Неудивительно, что такой проект премьер положил под сукно.

В итоге получилась весьма занимательная картина. Решение о начале процедуры банкротства (в ходе которой, напомним, определяется судьба предприятия и его активов) принимает Касьянов, а реализацией этих решений занимается исключительно ФСФО, в обиходе чиновников уже сейчас называемое "цербером премьера". Наверное, не надо объяснять, каким мощным инструментом выборочного передела собственности может стать банкротство в умелых руках. Если же добавить сюда то, что Касьянов контролирует все ключевые решения в отношении 18 крупнейших российских компаний, в которых у государства сохраняется как минимум блокирующий пакет, то картина принимает завершенный вид.

Возникает только один логичный вопрос: а для чего все это премьеру? Предположим, что такая концентрация властных ресурсов нужна для ускорения реформ в российской экономике, которые буксуют последние три года (ведь согласитесь, нельзя же думать, что это делается из каких-то меркантильных соображений? ). Сжав железной хваткой российский бизнес, премьер, видимо, начнет оздоровительные процедуры для всей экономики. Если так, то кому-то из субъектов этой экономики точно не поздоровится.

Эльмар Муртазаев Автор - первый заместитель главного редактора журнала "Компания"

Банковский комитет Госдумы рассмотрит законопроект о банкротстве кредитных организаций на заседании 21 апреля.  »
Юридические статьи »
Читайте также