Заложники общежитий Их ордера сгорели в огне перестройки

Общежитие на Московском, 140, можно назвать домом контрастов. Снаружи самый обыкновенный дом, приличный двор. Внутри батареи, уже давно выполняющие функцию пепельницы, мусоропровод залеплен скотчем, а у лифтов нет даже кнопок. Словом, общага. Но рядом практически идеально чистые лестницы. Нет ни мусора, ни окурков, ни даже пыли. Разве что стоит несколько старых оконных рам — кто-то из жильцов только что поставил стеклопакеты. Надо же как-то жить без отопления...

— Мы уже давно убираем своими силами, — рассказывает председатель собрания жильцов Михаил Барщуков. — А собственник здесь ничего не делает. И везде говорит, что мы не платим. Мы-то как раз за все платим, а у него даже договоры ни с кем не заключены. По закону, здание давно надо было бы изъять за ненадлежащее пользование...

Заходим в гости. Обыкновенная двухкомнатная квартира. Включены мощные обогреватели, хотя на улице плюсовая температура.

— Сейчас еще ничего, тепло, — говорит Михаил. — А когда холодно будет, катушки начнут гореть. И все чиним на свои деньги.

Хозяйка Елена Антонова показывает оплаченные квитанции. Все подшито, учтено. За свою двухкомнатную без тепла и горячей воды платит, как за трехкомнатную. Лишь бы не оказаться на улице.

А вот у Юрия Панова жилье выглядит иначе. В квартире недавно сделали полный ремонт.

— Видите, у нас тут настоящие хозяева живут, — говорит Михаил. — Нет ни пьяниц, ни наркоманов.

История этого общежития такая же, как и многих других. Люди приезжали работать по распределению на «Ленмясокомбинат». Со временем должны были получить постоянное жилье. В начале девяностых комбинат вместе с общежитием был приватизирован «Самсоном», а пять лет назад здание перепродано некому ООО. Причем продано без обременения, как нежилой фонд. То есть для собственника людей, проживших здесь десять, а то и двадцать лет, честно заработавших свое жилье, не существует. Как не существует жильцов общежитий для составителей нового Жилищного кодекса . Этих людей можно просто выбросить на улицу, объявив, что они занимают площадь незаконно. Тем более что ордеров на руки люди не получали, они хранились на предприятии, и в итоге... ордера сгорели во время пожара.

— На самом деле они наверняка где-то лежат, — говорит Михаил. — У нас вообще есть ощущение, что это ООО — чисто подставная фирма, организованная прежним владельцем, чтобы спрятать концы в воду. А настоящий хозяин светиться не хочет. Мы обратились в суд... Теперь нам форму девять не дают, супругов не прописывают, детей маленьких тоже не прописывают. Паспорта четырнадцатилетним не дают! То есть, считайте, этих подростков просто нет!

Есть ли у жильцов общежитий реальная возможность отстаивать в судах свои попранные права? Обитатели общаги на Московском, 140, за год процесса потратили на адвокатов больше десяти тысяч долларов. Для них это сумма солидная. Тем более что скидываются лишь около половины семей.

— У кого-то, может, и правда денег нет, — качает головой Михаил. — А большинство думают про нас: «Если они выиграют, то и я выиграю. Так зачем лишние деньги тратить?». Вообще весь расчет на пассивность народа. На то, что люди не будут бороться, вообще в суд не пойдут!

Но и те, кто пошел, совсем не уверены в победе. В отличие от собственников.

— Они прямо в суде нам говорят: «Мы с вами сделаем все, что захотим. Мы дом купили — думаете, и суд не купим? Вы быдло. Вы наши рабы!».

Подобные вещи происходят и в других общагах. Например, общежитие на улице Коли Томчака, 20, изловчились приватизировать под новым адресом — как дом 24. Естественно, без обременения. Люди здесь живут, они тут прописаны, а здание под другим адресом по документам значится как пустое, проходит как нежилой фонд и принадлежит собственнику. Внешний вид этого дома поражает: выбоины в стенах, торчащие провода, громадные щели. Если это не называется ненадлежащим пользованием, то что же тогда это такое?

Но наиболее показательна история с общежитием на улице Стахановцев, 2. Два года назад здешним обитателям предлагали поселиться легально, с пропиской, оформлением всех документов. Условие было простое: внести несколько тысяч долларов «на ремонт общежития». Люди, конечно, изыскивали и сдавали деньги, тем более что, по закону, все они имели право на предоставление общежития. А через полтора года выяснилось, что занимавшиеся вселением чиновники мошенничали, подделывали ордера и так далее. В итоге... людей выселяют на улицу.

Конечно, жильцы подали встречный иск, стали писать во все инстанции. Но силы в такой борьбе неравны.

— Все, как я понимаю, очень просто, — объясняет Михаил Барщуков. — Инвестору, чтобы расселить общежитие, нужно, допустим, пять миллионов. Ему проще и выгоднее потратить, скажем, два миллиона на взятки. Заплатить чиновникам. А те уж найдут способ избавиться от людей.

Между тем

Сотрудниками управления по борьбе с экономическими преступлениями ГУВД выявлена организованная преступная группа, на протяжении нескольких лет занимавшаяся мошенничеством в сфере сделок с недвижимостью. В ее состав входили несколько чиновников ГУ «Дирекция по содержанию общежитий» жилищного комитета правительства Санкт-Петербурга, паспортистки ЖЭС и сотрудники петербургских агентств недвижимости. На сегодняшний день установлено более двадцати граждан, пострадавших от действий мошенников, общая сумма причиненного ущерба составляет около 4 миллионов рублей.

Организовали деятельность мошеннической группы бывший начальник отдела вселения и регистрационного учета «Дирекции по содержанию общежитий» некто Стулов и частный предприниматель Щепов (фамилии изменены). В силу своего должностного положения они располагали неограниченными возможностями для реализации ими же придуманной схемы незаконного вселения и регистрации граждан в общежитиях города.

Объектом незаконной деятельности мошенники избрали назначенное к расселению общежитие на улице Стахановцев, 2. Своим потенциальным клиентам они предлагали за соответствующую мзду (от $2000 до $14.000) вселяться в комнаты общежития с правом якобы последующей приватизации.

Орудовали аферисты чрезвычайно уверенно и открыто, не сомневаясь в безнаказанности и создавая у будущих жертв иллюзию полной законности своих действий. Среди мошенников были четко распределены роли, каждому назначен процент со сделки. Алчность лидеров преступной группы зашла так далеко, что они начали подделывать подписи уже друг друга, выдавливая напарников из «дела», дабы не делиться похищаемыми деньгами.

По итогам проведенной УБЭП проверки Главным следственным управлением возбуждено и расследуется уголовное дело по статье 159, часть 4 УК РФ («мошенничество, совершенное организованной группой, в особо крупном размере»). Предполагается, что в начале следующего года оно уже будет закончено и направлено в суд, сообщила редакции сотрудник пресс-службы ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области Ольга Кессених.

Леонид Романович

Крах инженера Дуссмана  »
Юридические статьи »
Читайте также