Cолдатские были: Я на лестнице «черной»…

«Меня сильно били, и я убежал, — рассказывал мне 18-летний Женя, когда рано утром 29 декабря мы встретились, чтобы вместе с представителями региональной правозащитной организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» отправиться в воинские части поселков Саперный и Каменка.

«Вот что обидно, когда Женю призвали в армию, он хотел служить, — вздыхая, объясняла Женина мама. — Теперь, видите, как сложилось: он почти две недели «в бегах», серьезные последствия побоев подтверждают врачи, и все равно, как я понимаю, нам предстоит долгое, трудное разбирательство. Когда думаю об этом, возникает ощущение «черной» лестницы, с провалами вместо ступенек…

Людмила Викторовна срочно приехала из Карелии выручать сына и постаралась убедить его в том, что, защищая свои права, лучше действовать открыто. В этом её поддержали в обществе «Солдатские матери».

Позже один из гарнизонных полковников скажет: когда парня били и вымогали деньги, надо было идти к командирам и все рассказать. Но, к несчастью, в реальности (это подтверждает практика правозащитной организации «Солдатские матери СПб») немало случаев, когда поступившие таким образом парни, не находили защиты, а подчас и погибали, пополняя список «небоевых потерь» нашей армии…

Солдат с елкой

Перед входом на территорию части в Саперном нас предупредили, что съемка строго запрещена, поскольку это стратегический объект. А чуть позже замком по воспитательной работе тихонечко предупредил, что у него силы хватит — отберет или просто «случайно» уронит фотоаппарат. Причем неожиданно выяснилось, что солдат, несущий на плече новогоднюю елку, тоже стратегический объект.

Когда приехали в Каменку, нам позволили сфотографировать солдата с новогодней открыткой. Но на всякий случай напомнили: мол, в прошлый раз съемочную бригаду «НТВ», имевшую коварное намерение отыскать палатки, в которых «по некоторым данным» многие срочники проживали еще в ноябре, на территорию части вообще не пустили. И еще уточнили, что закон «О СМИ» им не указ, и в армии действуют собственные порядки. Кстати, насчет «собственных порядков» они, похоже, не покривили душой…

Бег

19 ноября 2005 года в офис организации «Солдатские матери СПб» обратилась мать солдата срочной службы Елена Ивановна Пуськова. Ее сын проходил службу в военной части, осуществляющей охрану ЛАЭС в Сосновом Бору.

После многократных побоев часть самовольно покинули несколько солдат. Один из них нашел защиту у «Солдатских матерей». Остальных схватили. Из текста заявления матери рядового Д.: «Офицер зажимал мои пальцы плоскогубцами. В полном обмундировании ночью заставлял ходить на корточках. Причем наносил удары по шее бронежилетом. Держал в клетке, где хранятся бронежилеты…» Таким образом офицер собирался выяснить, где находится сбежавший солдат.

Вся информация была предоставлена прокурору МВД, который дважды посещал эту часть, но командование части пока не спешит объективно разобраться в этой истории.

Шаг из окна

21 ноября 2005 года покончил жизнь самоубийством бывший военнослужащий Денис Митрохин. Он бросился с 15-го этажа. Ему было 18 лет.

В организации «Солдатские матери СПб» очень хотели помочь Денису, но помощь запоздала. Придя из армии, он говорил, что там с ним сделали такое, что он не хочет больше жить.

По состоянию здоровья Денис имел полное право вообще не служить в армии. Но к нему домой пришли участковый и сотрудник военкомата и велели следовать за ними в городской сборный пункт, откуда он вместе с другими новобранцами был отправлен в военную часть под Москву.

Парня дважды переводили в разные части. Сначала в Тверь, затем в Оренбург. Денис постоянно твердил о своем нежелании продолжать службу. Его поместили в психиатрическую больницу, где он провел 2,5 месяца, и комиссовали с диагнозом шизофрения. Мать забрала сына домой, ему был назначен курс реабилитации в НИИ им. Бехтерева. Видимо, больница ассоциировалась у Дениса с пережитым, поэтому он не хотел туда ложиться, отказывался от реабилитации и однажды шагнул в окно.

Огнестрельное ранение

Днем 30 ноября минувшего 2005 года на территории одной из областных воинских частей получил огнестрельное ранение в голову солдат-срочник Виктор Соколов.

Виктор скончался 1 декабря в военном госпитале.

Он был призван на военную службу 12 мая 2005 года. А до этого учился в Инженерно-экономическом университете, но самостоятельно принял решение идти в армию. Адаптировался Виктор к службе достаточно быстро. Родители и друзья приезжали к нему практически еженедельно.

Последний раз семья видела его утром 27 ноября. В увольнении парень встретился с друзьями и был в хорошем настроении. Строил планы, говорил, что еще раз появится дома до Нового года…

Трагедия произошла 30 ноября. Военной прокуратурой заведено уголовное дело по статье: «Доведение до самоубийства». В результате дополнительного расследования обнаружилось, что у Виктора постоянно вымогали деньги, избивали и использовали его в качестве чернорабочего на Кировском заводе.

Организация «Солдатские матери СПб» взяла расследование этой смерти под контроль.

Иных уж нет

9 декабря минувшего года представители организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» и других организаций, занимающихся правозащитной деятельностью, побывали в войсковом соединении, расположенном в поселке Каменка Выборгского района.

Их встретили полковники Александр Романенко и Анатолий Шушкевич, а также представитель Выборгской военной прокуратуры. Сопредседатель организации «Солдатские матери СПБ» Элла Полякова предъявила командованию части документы и обращения в организацию военнослужащих и их родителей и заодно попыталась прояснить ситуацию с поступившими в организацию жалобами, авторы которых утверждали, что с солдатами-срочниками заключаются принудительные контракты, для чего поселяют солдат в палатках на холоде.

Но командиры бригады стояли на своем. Они упорно утверждали, что методы, которые используются при переводе на контракты, законны. А в палатках, заявили они, солдаты одно время просто жили в ожидании сдачи новых жилых корпусов…

Поговорить с кем-нибудь из пострадавших солдат делегации не удалось. Как объяснили «отцы-командиры», «иных уж нет, а те далече…» (вероятно, в палатках).

Что касается серьезных преступлений, командование части настаивало на том, что их виновники уже несут заслуженное наказание. В частности, капитан Осипов, проходивший по делу гибели срочника Максима П., был отстранен от работы с личным составом.

За колючей проволокой с током

15 декабря 2005 года в организацию «Солдатские матери СПб» обратилась мать военнослужащего Максима Г.

В армию Максим был призван в декабре 2004 года из Ярославля. Местом его службы стал батальон обеспечения Академии тыла и транспорта. После первых 6 месяцев относительно спокойной службы его жизнь изменилась. В июне минувшего года в батальоне, где служил Максим, сменился командир. Этот «новичок» и направил его «служить» к своему товарищу, на дачу в Красное село. Максим стал рабом. Хозяин откровенно издевался над ним, регулярно избивал и унижал парня, а часто даже не кормил по двое суток. Максим пытался бежать оттуда, но «товарищ генерал» обнес свои владения колючей проволокой с током.

Неизвестно, чем Максим однажды разозлил своего «хозяина», или у того было плохое настроение, но он просто подозвал Максима поближе и плеснул кислотой. Парень потерял сознание, а очнулся уже в клинике военно-полевой хирургии Военно-медицинской академии. Сотрудницы клиники написали матери Максима Галине Александровне письмо, в котором сообщили о случившемся. И заодно советовали обратиться в правозащитную организацию.

22 декабря в окружном госпитале была проведена военно-врачебная комиссия, которая признала Максима годным к дальнейшей службе. Несмотря на неоднократные обращения матери и правозащитников к военному начальству, никто не озаботился состоянием психики Максима, неожиданно ставшего в армии жертвой торговли людьми.

Принудительный контракт

В общественную правозащитную организацию «Солдатские матери Санкт-Петербурга» уже неоднократно обращаются военнослужащие и их родители с жалобами на то, что военнослужащих-срочников нередко силой заставляют подписывать контракты, изнуряют муштрой, заставляют жить в палатках без отопления. Молодым людям угрожают расправой, нередко избивают по ночам, утверждая, что рано или поздно им придется подписать все необходимые документы.

Военнослужащий К. (не указываем имен солдат, поскольку их дела еще не завершены) после прохождения учебной подготовки в Сертолово-2, в/ч 3755, под воздействием физической силы подписал контракт и был отправлен в Каменку. Военнослужащий П., пробывший на учебке полгода, попал в Каменку. Там его поместили в палатку, где тогда содержались другие солдаты, не желающие подписывать контракты.

Общественная организация «Солдатские матери СПб» не раз заявляла о том, что необходимо перевести российскую армию на контрактную основу, но добровольную, без принуждения.

Доведение до самоубийства

Как утверждают в организации «Солдатские матери», при всех положительных тенденциях (все-таки удается объективно подходить ко многим ситуациям) обстановка остается сложной. Причем не только в нашем регионе. Например, рассказали, как погиб Игорь А., призванный в президентский полк из Петербурга. Он, кстати, собирался верой и правдой служить в армии. После постоянных побоев и вымогательств его обнаружили повешенным…

Как во многих подобных случаях, заведено уголовное дело по статье «доведение до самоубийства», но судить будут только солдата-исполнителя, а его командиры выйдут сухими из воды.

Мама Игоря, глядя на фотографию сына, так и не может свыкнуться с мыслью, что его уже нет в живых, ведь ее мальчик был не из «слабаков», ходил в тренажерный зал, занимался карате.…

Никто не спорит с тем, как нужна и важна такая работа — Родину защищать. И, конечно, есть люди, которые честно служат. Но очевидно и другое: не будет доверия к армейской службе, пока множатся небоевые потери; не соблюдаются права человека даже на жизнь.

Садизм за бетонным забором  »
Юридические статьи »
Читайте также