Гражданское общество: Нищета монетаризма

Потребность социального заказа на новую идеологию в российском обществе возникла с самого начала его реформирования. Не имея ни научных представлений о законах социального развития, ни элементарного нравственного багажа, реформаторы широко использовали такие термины, как «свобода», «демократия», «рыночная экономика» и т. п., которые оказались лишь ширмой для неслыханного расхищения материальных и культурных ценностей и, что самое опасное, уничтожения человеческого и интеллектуального потенциала страны. Реформирование политической системы свелось, по существу, к созданию огромного количества учреждений, комиссий, палат и т. д., в которых окопалась постоянно растущая численно и ни за что не отвечающая рать чиновников, не решивших ни одной проблемы в интересах общества и государства.

Да и что могли изначально предложить стране и народу бывший кандидат наук по научному коммунизму Бурбулис или такие «гиганты мысли», как Гайдар, Ясин и Ко? Вскормленные в недрах партноменклатуры, они на задворках западной социологической мысли откопали концепцию монетаризма, пользующуюся спросом разве что у рыночных дельцов и спекулянтов. Вооружившись ею, они с энтузиазмом провозгласили строительство капитализма в России. Реализуя монетаризм, суть которого сводится к овладению и регулированию денежными потоками безотносительно к их происхождению, интересам общества и развитию экономики, они получили то, что и должны были получить. Разрушенную экономику, которая до сих пор не достигла уровня 1990 г.; разгромленную социальную сферу; деформированную демократию, предоставившую народу право раз в 4—5 лет голосовать за деятелей, далеких от его интересов.

Российский либерализм показал не только свою теоретическую убогость (не случайно никто из его представителей не рискнул публично выступить с обоснованием необходимости капитализма в России), но и полную несостоятельность в организации значимых для жизнедеятельности общества процессов. В стране до сих пор отсутствуют такие жизненно необходимые законы, как контроль над уровнем и источниками доходов, отзыв депутатов, отмена их неприкосновенности, допустимой вилкой доходов между бедными и богатыми слоями населения. Не отменен мораторий на смертную казнь за особо тяжкие преступления, по чьей-то прихоти отменяются традиционные и насаждаются в лучшем случае непонятные для основной массы населения празднования. Зато обсуждаются вопросы об установлении мест для распития пива и курения , требования к рекламе , запрещении ксенофобии и т. д., что требует не специальных законов, а воспитательной работы с населением, которой реально никто не занимается.

Видимо, для преодоления наиболее нетерпимых и одиозных явлений нашей жизни, которые до сих пор просто замалчивались, наше руководство по указанию президента впервые разработало социальные национальные программы. Будучи давно необходимыми, в представленном виде они вызывают серьезные опасения как в плане реализации, так и в идеологическом отношении. Во-первых, они предусматривают развитие отдельных сторон жизни российского общества вне связи с его общим состоянием и целевой системной установкой. Я очень рада за тех медицинских работников, которые смогут теперь не работать на две-три ставки, чтобы хоть как-то обеспечить собственную жизнь. Но когда оклад профессора равен зарплате медсестры, то возникает ощущение, что руководители-монетаристы не знают реального положения дел в обществе. Поскольку оно — единый организм, к решению его проблем нельзя подходить с позиций починки тришкина кафтана. Они не владеют системной методологией, вне которой неизбежен постоянный результат — хотели как лучше, а получилось как всегда.

С позиций монетаризма главным является забота о крупном бизнесе, а остальное — распределение нищенских средств на лекарства, стипендии, иногда на повышение заработной платы в связи с огромной инфляцией, чем денно и нощно и занимается министр по социальным вопросам Зурабов. При этом в распределиловке отсутствует элементарная организация, и просчеты идут на миллионы неучтенных пенсионеров, десятки тысяч детских пособий, о чем свидетельствует провал закона о монетизации льгот и постоянная спешная доработка других законов. Когда после всей этой возни министр на заседании правительства озвучил главную цель своих усилий — через три года создать условия для повышения планки выхода граждан на пенсию на 5 лет, то обнажились не только порочные замыслы монетаристов, но и перспектива беспросветной нищеты российских граждан.

Не лучше обстоит дело и с национальной программой по образованию. Увлеченные насаждением ЕГЭ в школах, чиновники вроде бы и не замечают, что с каждым годом в вузы поступает все хуже подготовленный контингент студентов. Скрывается истинная причина этого явления — все больше бюджетных средств идет не на образовательный процесс как таковой, а на оплату московских чиновников, составляющих тесты и проверяющих их "результаты". Чиновников не беспокоит то, что теряется интеллектуальная связь между поколениями, а, по переписи населения 2002 года, около 2 млн граждан России старше 15 лет оказались в результате реформ неграмотными. В этих условиях министр образования Фурсенко на заседании Госдумы предложил для модернизации школы освобождать ее от пожилых педагогов, ежегодно награждать лучших преподавателей (до 1000 человек) премиями в размере 100 тыс. рублей и ряд других столь же сомнительных идей, способных окончательно разрушить бывшую лучшей в мире советскую систему образования. Так что покаи в этой сфере, определяющей будущее России, кроме материальной и духовной нищеты, ничего не предвидится.

Еще один характерный штрих деятельности монетаристов. Недавно по телевидению показали беседу президента Путина с министром экономического развития Грефом о необходимости развития промышленности на основе внедрения высоких технологий. Путин предложил начать немедленную работу в этом направлении и во II квартале с. г. составить хотя бы план. В ответ министр заявил, что у него много других дел, но, уж так и быть, он подумает. После таких кадров исчезает всякая надежда на то, что монетаристы, игнорируя определяющую роль производства в жизни общества, будут когда-нибудь способны освободить его от унизительной распределительной нищеты.

Насаждать капитализм в обществе, которое несколько десятилетий развивалось в условиях социализма, — дело исторически бесперспективное. Эпоха социализма ушла в прошлое, но и более современная общественная система отрицает необходимость капитализма. Объективным требованием и социальной целью информационного общества являются принципы всеобщего труда и социальной справедливости. Для этого предшествующими общественными системами были созданы все необходимые предпосылки. Если этого не осознать, то российское общество и дальше будет блуждать в дебрях дикого капитализма, разрушающего общество изнутри. Бесконечно это длиться не может. Политике, игнорирующей объективные законы общественного развития и мировые экономические тенденции, находящейся вне науки, реальной практики и национальных интересов страны, — прямая дорога в беспросветную нищету, в никуда.

Маргарита Росенко, доктор философских наук

Докопались до недр Питерские полезные ископаемые станут Клондайком для чиновников?  »
Юридические статьи »
Читайте также