Рассмотрение споров о признании недействительным учредительного договора (договора о создании) и применении последствий его недействительности

Согласно пункту 2 статьи 52 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ, Кодекс) в учредительном договоре учредители обязуются создать юридическое лицо, определяют порядок совместной деятельности по его созданию, условия передачи ему своего имущества и участия в его деятельности, а также условия и порядок распределения между участниками прибыли и убытков, управления деятельностью юридического лица, выхода учредителей (участников) из его состава.

ГК РФ предусматривает учредительный договор:

— в качестве единственного учредительного документа для полного товарищества и товарищества на вере (коммандитного товарищества);

— в качестве одного из учредительных документов наряду с уставом — для общества с ограниченной ответственностью, общества с дополнительной ответственностью, объединений юридических лиц.

Кроме того, статьей 14 Федерального закона от 12.01.96 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» учредительный договор в качестве учредительного документа предусмотрен для ассоциации или союза как объединений юридических лиц.

Названной статьей ГК РФ также предусмотрена возможность заключения учредительного договора при создании некоммерческого партнерства и автономной некоммерческой организации.

Далее речь пойдет об учредительном договоре (договоре о создании) применительно только к коммерческим организациям.

Содержание учредительного договора

Содержание учредительного договора определяется в зависимости от того, какое юридическое лицо создается на его основе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 , пунктом 2 статьи 52 ГК РФ к существенным условиям учредительного договора коммерческой организации относятся:

— порядок совместной деятельности учредителей по созданию юридического лица;

— порядок передачи учредителями имущества создаваемому юридическому лицу;

— участие учредителей в его деятельности;

— порядок управления деятельностью юридического лица;

— порядок выхода учредителей (участников) из его состава;

— порядок распределения прибыли между учредителями (участниками).

Помимо указанных выше условий пункт 2 статьи 70 Кодекса к существенным условиям учредительного договора полного товарищества относит условия:

— о размере и порядке изменения долей каждого из участников в складочном капитале;

— о размере, составе, сроках и порядке внесения ими вкладов;

— об ответственности участников за нарушение обязанностей по внесению вкладов.

Дополнительно к правилам, предусмотренным вышеназванными нормами ГК РФ, учредительный договор товарищества на вере должен также содержать условие о размерах вкладов, вносимых вкладчиками.

Содержание учредительного договора общества с ограниченной ответственностью определяется пунктом 2 статьи 52 , пунктом 2 статьи 89 ГК РФ, а также пунктом 1 статьи 12 Федерального закона от 08.02.98 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» .

При определении природы учредительного договора Н. В. Козлова характеризует его как многостороннюю, консенсуальную, возмездную (иногда безвозмездную) сделку организационного, имущественного и фидуциарного характера. Отмечая сходство учредительного договора с договором о совместной деятельности, Н. В. Козлова в то же время указывает, что он существенно отличается от договора о совместной деятельности, поскольку результатом учредительного договора является создание нового субъекта — юридического лица, договор не прекращается по достижении поставленной цели, а сохраняет силу до тех пор, пока существует возникшее на его основе объединение.

Данную точку зрения разделяет и М. И. Брагинский.

Договор о создании акционерного общества в силу пункта 5 статьи 9 Федерального закона от 26.12.95 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» не является учредительным документом. В качестве существенных его условий указанная статья Закона называет:

— порядок осуществления учредителями совместной деятельности по учреждению общества;

— размер уставного капитала общества;

— категории и типы акций, подлежащих размещению среди учредителей, размер и порядок их оплаты;

— права и обязанности учредителей по созданию общества.

Пунктом 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.03 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах» определено, что заключаемый учредителями акционерного общества договор о создании общества является договором о совместной деятельности по учреждению общества. В отличие от учредительного договора, который охватывает как предшествующий государственной регистрации юридического лица период, так и последующее время, договор о создании прекращает свое действие после государственной регистрации юридического лица.

Несмотря на некоторые отличия содержания и целей учредительного договора и договора о создании, оба они представляют собой гражданско-правовые сделки, в связи с чем должны отвечать общим требованиям, предъявляемым ГК РФ к договорам и сделкам, включая нормы об основаниях признания сделок недействительными (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 90 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 09.12.99 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» , пункт 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.03 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах»).

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Статьей 181 ГК РФ установлены специальные сроки исковой давности по недействительным сделкам, в связи с чем установленный статьей 196 Кодекса общий срок исковой давности не подлежит применению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение трех лет со дня, когда началось ее исполнение. До введения в действие Федерального закона от 21.07.05 № 109-ФЗ «О внесении изменений в статью 181 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указанный срок составлял десять лет.

Пункт 2 статьи 16 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусматривает, что на момент государственной регистрации общества его уставный капитал должен быть оплачен учредителями не менее чем наполовину. Действовавшая до 01.01.02 редакция статьи 34 Федерального закона «Об акционерных обществах» также предусматривала формирование части уставного капитала акционерного общества до его государственной регистрации.

В связи с этим возникает вопрос о том, с какого момента следует говорить о начале исполнения обязанности, основанной на учредительном договоре (договоре о создании): с момента государственной регистрации хозяйственного общества либо, например, с момента зачисления денежных средств на временный расчетный счет, открытый в соответствии с пунктами 3.2.1, 3.2.3 Инструкции Госбанка СССР от 30.10.86 № 28 «О расчетных, текущих и бюджетных счетах, открываемых в учреждениях Госбанка СССР» .

Оставляя без изменения решение и постановление апелляционной инстанции, принятые по иску Департамента имущественных отношений Краснодарского края к закрытому акционерному обществу «Пансионат «Джанхот» о применении последствий недействительности договора об учреждении акционерного общества закрытого типа «Пансионат «Джанхот» (далее — АОЗТ «Пансионат «Джанхот») от 10.02.92 путем возврата в государственную собственность недвижимого имущества, суд кассационной инстанции не согласился с доводом подателя жалобы о том, что течение срока исковой давности началось после регистрации АОЗТ «Пансионат «Джанхот», указав на то, что в соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ иск о применении последствий недействительности сделки может быть предъявлен в течение десяти лет с момента, когда началось ее исполнение. Договор от 10.02.92 исполнен до регистрации данного общества (дело № Ф08-1825/2003 ).

В другом случае, отменяя постановление суда апелляционной инстанции, суд кассационной инстанции указал на неправильное применение судом норм материального права при определении начала течения срока исковой давности. При этом суд кассационной инстанции посчитал, что исполнение сделки по внесению вклада в уставный капитал определяется моментом передачи вещи. Поскольку статьей 136 Гражданского кодекса РСФСР , действовавшего на момент заключения оспариваемой сделки, под передачей вещи признавалось ее вручение приобретателю, а передача спорного имущества произведена в день подписания акта приема-передачи здания от 30.08.93, суд кассационной инстанции сделал вывод о том, что срок исковой давности на обращение с иском о применении последствий недействительности ничтожной сделки не пропущен (дело № А56-29760/03 ).

Обязанности учредителей

В то же время суд неоднократно указывал на возможность закрепления учредительным договором (договором о создании) обязательств учредителей о передаче имущества в собственность создаваемого общества с момента его государственной регистрации, поскольку к моменту государственной регистрации юридическое лицо еще не существует, а следовательно, не может обособить свое имущество (например, дело № А56-7756/00).

Однако, как указывает М. И. Брагинский, в связи с возможным разрывом во времени между подписанием учредительного договора и регистрацией юридического лица необходимо создать материальную базу для деятельности соответствующего образования на протяжении этого периода. По отмеченной причине учредители обычно принимают на себя обязательство соединить взносы для обеспечения совместной деятельности по созданию юридического лица. Для достижения этой цели стороны, конкретизируя в учредительном договоре свои обязанности на указанный счет, устанавливают, кто, когда, что и в каком объеме должен внести в качестве подобного взноса. Что же касается правового режима иного имущества в течение указанного времени (до регистрации юридического лица), речь может идти о близости данного режима установленному статьями 244—256 ГК РФ (глава 16 «Общая собст венность»). При этом вопрос о судьбе имущества, оставшегося после достижения цели, о которой идет речь, решается соглашением сторон.

Таким образом, обязанности учредителей по созданию юридического лица не сводятся только к внесению ими вкладов в общее имущество юридического лица. В связи с этим в каждом конкретном случае суду следует определять, когда началось исполнение учредительного договора (договора о создании), исходя из условий обязательства.

Статья 12 ГК РФ предусматривает признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки в качестве способов защиты гражданских прав. Кроме того, согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 8 от 01.07.96 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разрешению судом подлежат также споры по требованиям о признании недействительной ничтожной сделки.

В силу пункта 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в Кодексе. В судебной практике данный вопрос сложностей обычно не вызывает.

Установление надлежащего истца

Требование же о применении последствий недействительности ничтожной сделки (как и требование о признании недействительной ничтожной сделки) может быть предъявлено любым заинтересованным лицом.

В связи с этим суду в первую очередь надлежит установить, является ли лицо, заявляющее требование о признании недействительным учредительного договора (договора о создании) и применении последствий его недействительности, надлежащим истцом.

Юридическую заинтересованность лица — истца — определяет его материально-правовой интерес в деле, который вызывается необходимостью защиты его права или охраняемого законом интереса. Лицо является заинтересованным в том случае, если судебное решение об удовлетворении иска принесет ему материально-правовую выгоду.

Анализ судебной практики показывает, что заинтересованными в признании недействительным учредительного договора (договора о создании) и применении последствий его недействительности могут являться как стороны сделки, так и иные лица, чьи права и законные интересы нарушены совершением указанной сделки.

Решением суда Комитету по управлению городским имуществом Санкт-Петербурга (далее — КУГИ) отказано в иске к закрытому акционерному обществу «Акционерный коммерческий банк «Петербургский городской банк» (далее — Банк) и закрытому акционерному обществу «Бискон» (далее — ЗАО «Бискон») о признании недействительным учредительного договора в части внесения ЗАО «Бискон» в уставный капитал Банка нежилых помещений, расположенных на первом этаже здания, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, ул. Таврическая, д. 39.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено. Оставляя в силе постановление апелляционной инстанции, суд кассационной инстанции указал на правомерность выводов суда апелляционной инстанции о заинтересованности КУГИ в признании недействительной оспариваемой сделки, поскольку постановлением кассационной инстанции по другому делу признано право государственной собственности на спорный объект. КУГИ является полномочным представителем государства как собственника спорных помещений и в силу статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеет право на обращение в суд за защитой нарушенных прав (дело № А56-22447/02 ).

В другом случае суд не признал лицо, не являющееся участником оспариваемой сделки, заинтересованным в признании ее недействительной.

Решением арбитражного суда отказано в иске компании «И Эс Си Консалтанси Сервисиз Лимитед» к Комитету по экономике и управлению имуществом Тотемского районного муниципального собрания и открытому акционерному обществу «Тотьмалесэкспорт» о применении последствий недействительности ничтожной сделки по внесению Комитетом муниципального имущества в уставный капитал акционерного общества путем возврата в собственность Тотемского муниципального района денежных средств и возврата Комитетом акций. При этом суд указал на отсутствие нарушения прав и законных интересов истца, хотя и бывшего акционером открытого акционерного общества «Тотьмалесэкспорт» на момент обращения с иском, но не являвшегося участником оспариваемой сделки.

Суд кассационной инстанции согласился с данным выводом суда первой инстанции (дело № А13-4486/03-12 ).

Суд отказал в иске о признании недействительным учредительного договора общества с ограниченной ответственностью «Западный» на том основании, что истец не выступал учредителем данного общества, никаким образом не принимал участие в его создании. Основанием же для предъявления иска явилось признание арбитражным судом недействительным договора аренды, заключенного истцом с правопредшественником общества после его реорганизации.

В связи с этим суд указал, что оспариваемый договор не затрагивает прав и интересов истца, поэтому истец не вправе ставить вопрос о признании недействительным учредительного договора.

Постановлением кассационной инстанции указанное решение оставлено в силе (дело № Ф04/769-188/А45-98 ).

Косвенные (производные) иски

В литературе выделяют категорию косвенных (производных) исков, особенностью которых является их опосредованный характер. Такие иски наиболее часто встречаются при разрешении споров, вытекающих из деятельности хозяйственных товариществ и обществ и связанных с осуществлением прав и выполнением обязанностей участниками хозяйственных товариществ и обществ.

Характеризуя указанные иски, В. В. Ярков указывает, что своеобразие косвенного (производного) иска состоит в том, что истцы (акционеры) защищают свои интересы, но не прямо, а опосредованно. Иск предъявляется о защите прав общества, акционеры которого понесли убытки. В конечном счете акционеры защищают свои собственные интересы, поскольку после возмещения убытков должна возрасти курсовая стоимость акций, увеличатся активы акционерного общества. В иске о защите личных интересов акционер является прямым выгодоприобретателем, например ему возмещается понесенный ущерб. По косвенному иску прямым выгодоприобретателем является акционерное общество, в пользу которого взыскивается присужденное. Выгода самих акционеров косвенная, они лично ничего не получают, кроме возмещения ответчиком понесенных ими судебных расходов в случае выигрыша дела.

Вместе с тем в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 38 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.03 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах», иски акционеров о признании недействительными сделок, заключенных акционерными обществами, могут быть удовлетворены в случае представления доказательств, подтверждающих нарушение прав и законных интересов акционера.

Определение круга лиц, привлеченных к делу

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) сторонами в арбитражном процессе являются истец и ответчик.

Поскольку согласно статьям 44, 47 АПК РФ решение по исковым требованиям может быть принято лишь против ответчиков по делу, немаловажным является вопрос о том, кто является ответчиком по спору о признании недействительным учредительного договора (договора о создании).

Учредительный договор является многосторонней сделкой, а решение о признании недействительным указанного договора является решением о правах и обязанностях его участников, поэтому ответчиками по такого рода искам должны быть привлечены стороны оспариваемой сделки. В силу пункта 4 части четвертой статьи 288 АПК РФ принятие судом решения о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, является безусловным основанием для отмены решения арбитражного суда.

При этом следует иметь в виду, что участники оспариваемой сделки могут быть только ответчиками по иску. Иск о признании сделки недействительной не может быть предъявлен к третьему лицу, также не может быть принят судебный акт о правах и обязанностях (в отношении) третьего лица, поскольку сторонами в арбитражном процессе являются истец и ответчик.

Между тем, как показывает практика, данный вопрос представляет почему-то наибольшую сложность для лиц, которые обращаются с такого рода исками.

Постановлением кассационной инстанции оставлено без изменения решение суда по иску гражданина Д. к Регистрационной палате Санкт-Петербурга и обществу с ограниченной ответственностью «Промышленная компания «Балт-Старрус» о признании недействительной (ничтожной) сделки — дополнительного соглашения к учредительному договору общества, а также решения о регистрации. При этом, как указано в постановлении, ни общество, ни регистрирующий орган не являются надлежащими ответчиками по иску о признании недействительным (ничтожным) соглашения к учредительному договору (дело № А56-28596/02 ).

По другому делу постановлением кассационной инстанции отменено решение суда, принятое по иску участников общества с ограниченной ответственностью к самому обществу о признании недействительными дополнений и изменений его учредительного договора. При этом суд кассационной инстанции указал на то, что истцами требование о признании недействительным заключенного между участниками общества учредительного договора к иным участникам общества не заявлялось, они не привлечены к участию в деле, тогда как выбранный истцами способ защиты нарушенного права — предъявление иска только к самому обществу — не предусмотрен ни Гражданским кодексом Российской Федерации, ни Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственно¬стью» (дело № A42-9637/02-14).

Аналогичная позиция высказана судами кассационной инстанции в постановлениях от 04.03.03 по делу № КГ-А41/915-03 , от 29.05.03 по делу № Ф08-1825/2003 , от 04.07.03 по делу № А26-6224/02-17 .

Если заявлено требование о признании недействительной государственной регистрации юридического лица по мотиву того, что учредительный договор (договор о создании) является недействительной сделкой, к участию в деле должны быть привлечены лица, заключившие указанный договор, поскольку выводы суда о недействительности такой сделки являются решением о правах и обязанностях указанных лиц.

Подведомственность спора арбитражному суду

С вопросом определения круга лиц, которые должны быть привлечены к участию в деле, связан вопрос о подведомственности спора арбитражному суду.

В соответствии с частями первой и второй статьи 27 АПК РФ по общему правилу арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных АПК РФ и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

Кроме того, статьей 33 АПК РФ определена специальная подведомственность дел арбитражным судам. В соответствии с пунктом 4 части первой названной статьи к подведомственности арбитражных судов отнесены дела по вытекающим из деятельности хозяйственных товариществ и обществ спорам между акционером и акционерным обществом, участниками иных хозяйственных товариществ и обществ (за исключением трудовых споров). В этом случае дела рассматриваются арбитражным судом независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.02 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» положения пункта 4 части первой статьи 33 подлежат применению с учетом части 1 статьи 27 АПК РФ: арбитражным судам подведомственны споры между участником хозяйственного товарищества и общества и хозяйственным товариществом и обществом, вытекающие из деятельности хозяйственных товариществ и обществ и связанные с осуществлением прав и выполнением обязанностей участниками хозяйственных товариществ и обществ.

Споры между участниками хозяйственных товариществ и обществ, если хотя бы один из них является гражданином, не имеющим статуса индивидуального предпринимателя, не подлежат рассмотрению в арбитражном суде, за исключением случаев, когда указанные споры связаны с предпринимательской или иной экономической деятельностью указанных хозяйственных товариществ и обществ.

Вместе с тем, несмотря на разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, вопрос о подведомственности достаточно часто возникает в судебной практике.

Определением суда прекращено производство по делу по иску гражданки Ф. к Комитету по управлению имуществом города Твери, открытому акционерному обществу «Завод опытных машин» о признании недействительной приватизации государственного предприятия «Завод опытных машин», о признании недействительными и отмене учредительных документов указанного общества, свидетельства о его государственной регистрации и о признании незаконной деятельности общества за период, прошедший с момента его регистрации, в связи с неподведомственностью спора арбитражному суду.

Постановлением апелляционной инстанции определение оставлено без изменений. Суд кассационной инстанции определение и постановление апелляционной инстанции отменил, указав на несоответствие закону вывода суда о том, что статья 33 АПК РФ не распространяется на правоотношения, возникшие до введения в действие этой процессуальной нормы (дело № А66-1473-03 ).

Последствия недействительности учредительного договора

Одной из обязанностей учредителей, как было указано выше, является внесение вклада в уставный капитал хозяйственного общества.

Договариваясь между собой об объединении части своего имущества, партнеры передают его не друг другу, а в собственность создаваемого ими юридического лица, которого на момент заключения договора еще не существует, но которое будет создано на основе учредительного договора. В связи с этим вопрос о применении последствий недействительности учредительного договора (договора о создании) представляет собой, как показывает анализ практики, наибольшую сложность.

По данному вопросу в судебной практике высказаны две позиции. Первая состоит в том, что последствия недействительности сделки в этом случае применены быть не могут, поскольку созданное на основе учредительного договора (договора о создании) юридическое лицо не является стороной указанной сделки.

Постановлением кассационной инстанции решение суда и постановление апелляционной инстанции, принятые по иску открытого акционерного общества «Вожегаагропромснаб» к открытому акционерному обществу «Вологдаоблагропромснаб» (далее — ОАО «Вологдаоблагропромснаб»), коммандитному товариществу «Вологдаоблагропромснаб» и Компания», открытому акционерному обществу РТП «Кирилловское» о признании недействительным решения совета директоров ОАО «Вологдаоблагропромснаб» в части передачи части акций коммандитному товариществу «Вологдаоблагропромснаб» и Компания», о признании недействительным его учредительного договора, о применении последствий недействительности сделки путем возврата 12 660 обыкновенных именных акций на лицевой счет ОАО «Вологдаоблагропромснаб», отменены в части применения последствий недействительности ничтожной сделки.

При этом в постановлении кассационной инстанции указано, что в соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре — возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Поскольку коммандитное товарищество «Вологдаоблагропромснаб» и Компания» не является стороной оспариваемой сделки — учредительного договора, требование о применении последствий его недействительности не подлежит удовлетворению (дело № А13-1125/02-12 ).

Аналогичная позиция высказана в постановлении кассационной инстанции по иску общества с ограниченной ответственностью «Балтийская финансовая корпорация» к акционерному обществу открытого типа «Институт «Новгородгражданпроект», акционерному обществу открытого типа «Новгородский завод стекловолокна», открытому акционерному обществу «СУ-247», акционерному обществу закрытого типа «ДСК», закрытому акционерному обществу «Гидроспецфундаментстрой НВ» и закрытому акционерному обществу «Проектстрой» о признании недействительными как сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, пункта 3.3.4 учредительного договора закрытого акционерного общества «Проектстрой» и приложения № 6 к этому договору об участии акционерного общества открытого типа «Институт «Новгородгражданпроект» в создании закрытого акционерного общества «Проектстрой» путем внесения в его уставный капитал денежных средств и движимого имущества и наделения акционерного общества открытого типа «Институт «Новгородгражданпроек т» как учредителя обыкновенными именными акциями закрытого акционерного общества «Проектстрой».

Отменяя решение суда в части отказа в признании недействительной сделки — учредительного договора — и признавая недействительным пункт 3.3.4 договора, суд кассационной инстанции в то же время указал на то, что требование о применении последствий недействительности сделки не подлежит удовлетворению, поскольку закрытое акционерное общество «Проектстрой» не является стороной оспариваемой сделки. Необоснованной признана также ссылка истца на статью 1103 ГК РФ, согласно которой к требованиям о возврате исполненного по недействительным сделкам подлежат применению также правила главы 60 Кодекса, так как сторонами в обязательствах вследствие неосновательного обогащения в силу статьи 1102 ГК РФ могут выступать лицо, которое неосновательно приобрело имущество (приобретатель), и лицо, за счет которого приобретено имущество (потерпевший). Закрытое акционерное общество «Проектстрой» приобрело спорное имущество не за счет истца, а за счет акционерного общества открытого ти па «Институт «Новгородгражданпроект», собственником которого истец не является и поэтому не имеет права на истребование этого имущества как неосновательно переданного другим лицом (дело № A44-513/02-C1).

Иная позиция высказана в судебных актах по делу № А56-19094/02 . Решением суда по иску Комитета по управлению муниципальным имуществом муниципального образования «Выборгский район Ленинградской области» (далее — КУМИ) к акционерному обществу закрытого типа «Выборг-Карелия» (далее — АОЗТ «Выборг-Карелия») и товариществу с ограниченной ответственностью «Кронос» (далее — ТОО «Кронос») удовлетворены требования истца о признании недействительными (ничтожными) пункта 2.2 в части обязательства по внесению имущества и здания гостиницы «Выборг» в уставной фонд АОЗТ «Выборг-Карелия» и пункта 3.1 учредительного договора, заключенного между Комитетом по управлению имущества города Выборга и Выборгского района Ленинградской области и ТОО «Кронос», и о применении последствий недействительности сделки в виде передачи здания гостиницы «Выборг» администрации муниципального образования «Выборгский район Ленинградской области», в части выселения АОЗТ «Выборг-Карелия» из указанного здания отказа но.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, в иске отказано.

Суд кассационной инстанции отменил постановление апелляционной инстанции. Решение суда отменено в части отказа в иске, в остальной части, включая требование о применении последствий недействительности сделки — учредительного договора, решение оставлено в силе.

Аналогичная позиция о возможности применения последствий недействительности учредительного договора высказана также в постановлении от 28.07.03 по делу № Ф09-1936/03-ГК .

Попытаемся обосновать одну из предложенных позиций.

Начать необходимо с определения правовой природы отношений, складывающихся между учредителями, а впоследствии — между учредителями и созданным ими юридическим лицом.

Указывая на такие черты сходства учредительного договора с договором в пользу третьего лица, как погашение обязательств участников договора друг перед другом посредством совершения предоставления юридическому лицу и в его интересах; несовпадение сторон договора и участников правоотношения, возникшего на его основе; приобретение третьим лицом самостоятельного права требования, Н. В. Козлова в то же время отмечает, что в отличие от договора в пользу третьего лица участники учредительного договора своим соглашением возлагают на это «третье», юридическое лицо, которое не только не участвует в договоре, а само возникает как его результат, какие-то обязательства.

И. Б. Новицкий отмечает, что в договоре в пользу третьего лица обращает на себя внимание то обстоятельство, что третье лицо, не участвующее в договоре ни лично, ни через представителя (кредитор заключает договор от собственного имени), уже с момента заключения договора получает непосредственно из договора право требования исполнения. Вместе с тем третье лицо не обязано принимать выговоренное для него право.

В то же время следует учитывать, что федеральные законы «Об акционерных обществах» и «Об обществах с ограниченной ответственностью» не предусматривают право создаваемого хозяйственного общества ни самостоятельно требовать исполнения в свою пользу (закон определяет лишь правовые последствия неисполнения обязанности по внесению вклада), ни отказаться от принятия такого исполнения, что придает учредительному договору (договору о создании) сходство с исполнением третьему лицу. В то же время в случае исполнения третьему лицу у него не могут возникнуть какие-либо обязанности перед сторонами договора, тогда как учредители хозяйственного общества имеют в отношении созданного ими хозяйственного общества обязательственные права.

В любом случае, независимо от того, имеет ли место заключение договора в пользу третьего лица либо исполнение третьему лицу, соответствующая сторона сделки сохраняет свое место в договоре, а вновь создаваемое юридическое лицо стороной указанного договора не становится. Поскольку в соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, то применение реституции в отношении лица, не являющегося стороной сделки, невозможно.

Однако высказывается позиция, согласно которой обязанность по внесению вклада в уставный капитал, являющаяся элементом содержания обязательственного правоотношения между учредителями общества, после государственной регистрации юридического лица становится элементом содержания корпоративного правоотношения, представляющего собой сложное структурное образование, в котором в качестве элементов выступают юридические связи между корпорацией в целом (юридическим лицом) и отдельными его участниками (учредителями), а также юридические связи между отдельными участниками (учредителями) корпорации (юридического лица).

В связи с этим и возникает вопрос, что является основанием для возникновения у юридического лица права собственности на имущество, переданное учредителем в качестве вклада в уставный капитал: учредительный договор (договор о создании), либо некая сделка по передаче имущества в уставный капитал, либо иная сделка.

М. И. Брагинский отмечает в качестве общепризнанного, что обязательство, в том числе порожденное договором, направлено на переход вещи от одного лица к другому. При этом указанный переход осуществляется в результате исполнения одним из контрагентов — должником — лежащей на нем обязанности.

Следует, вероятно, признать, что право на имущество, переданное в качестве вклада в уставный капитал, к юридическому лицу переходит в результате действий обязанных лиц по передаче вещи для исполнения договора. В то же время вопрос о том, считать ли собственно передачу вещи для исполнения договора об отчуждении имущества сделкой, является дискуссионным в литературе, что находит свое отражение и в судебной практике.

Решением суда удовлетворены исковые требования прокурора о признании недействительной сделки по передаче имущества закрытого акционерного общества «Карасукское» обществу с ограниченной ответственностью «Карасукское» по акту приема-передачи от 30.01.01 и о применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, при этом суд апелляционной инстанции сделал вывод о том, что в соответствии с заявленными исковыми требованиями оспаривается акт приема-передачи имущества от 30.01.01 и этот акт является односторонней сделкой, ООО «Карасукское» не может являться ответчиком по такому спору, поскольку на момент подписания акта приема-передачи данное общество не было зарегистрировано в качестве юридического лица и не могло осуществлять гражданские права и обязанности. Отменяя постановление апелляционной инстанции, суд кассационной инстанции в то же время согласился с выводом суда апелляционной инстанции о том, что акт приема-передачи является односторонней сделкой. Между тем суд кассационной инстанции указал на то, что поскольку 000 «Карасукское» получило спорное имущество по оспариваемому акту, а требование заявлено также и о применении последствий недействительности ничтожной сделки, данное общество является надлежащим ответчиком (дело № А74-1808 /02-К1-Ф02-3135/02-С2 ).

Однако представляется, что исполнение хотя и является действием, но направлено оно на прекращение обязанности, возникшей на основании договора, посредством надлежащего ее исполнения (статья 408 ГК РФ). При таком подходе акт приема-передачи является подтверждением исполнения обязанности по передаче вклада.

Открытое акционерное общество «Вологдасельстрой» обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ПМК-96» о признании недействительной сделки по передаче от истца к ответчику недвижимого имущества, заключенной 23.08.2000, и о применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Удовлетворяя исковые требования, суд указал, что акт от 23.08.2000 является сделкой, поскольку направлен на установление, изменение и прекращение гражданских прав по передаваемому имуществу. При этом суд, признав недействительной сделку от 23.08.2000 по передаче недвижимого имущества истца в качестве вклада в уставный капитал, применил последствия ее недействительности, обязав ответчика возвратить истцу недвижимое имущество, внесенное в качестве вклада в уставный капитал.

Постановлением апелляционной инстанции решение оставлено без изменения.

Отменяя решение и постановление апелляционной инстанции, суд кассационной инстанции указал, что спорное имущество внесено в уставный капитал ООО «ПМК-96» не в результате совершения сделки, оформленной, как счел суд, актом от 23.08.2000, а на основании учредительного договора о создании ООО «ПМК-96», заключенного 03.07.2000 между ОАО «Вологдасельстрой» и тринадцатью физическими лицами.

Во исполнение своей обязанности по договору от 03.07.2000 ОАО «Вологдасельстрой» по акту от 23.08.2000 в оплату своего вклада для формирования уставного капитала ООО «ПМК-96» передало недвижимое имущество. Именно это имущество истец просил возвратить ему в качестве применения последствий недействительности сделки от 23.08.2000, оформленной, по его мнению, актом, с чем согласились суды первой и апелляционной инстанций.

Спорное имущество передано по акту от 23.08.2000, которым оформлена лишь передача имущества во исполнение истцом своих обязательств по конкретной сделке — учредительному договору от 03.07.2000, который и явился сделкой по отчуждению истцом имущества. Указанная сделка (учредительный договор) с ответчиком не заключалась. Сторонами этой сделки явились истец и тринадцать физических лиц. Законность учредительного договора истцом не оспаривается.

Акт от 23.08.2000 не является сделкой по передаче спорного имущества, переданного на основании такой сделки, как учредительный договор. ООО «ПМК-96» стало собственником спорного имущества на основании сделки, заключенной в виде учредительного договора о создании общества, в связи с чем невозможно изъятие имущества от ООО «ПМК-96» путем применения последствий недействительности акта приема-передачи, правовая природа которого представляет собой лишь фиксацию исполнения обязательств одного из учредителей ООО «ПМК-96», в то время как сама сделка по передаче имущества заключена при учреждении общества в момент подписания учредительного договора его участниками. Поскольку имущество выбыло от истца не на основании оспариваемого им акта, а в результате неоспоренной сделки, а обязание судом ответчика возвратить истцу спорное имущество фактически представляет собой применение последствий недействительности учредительного договора с учетом того, что такое требование истцом не заявлялось и учреди тельный договор недействительным не признан, в удовлетворении исковых требований отказано (дело № А13-7256/01-12 ).

Аналогичную позицию высказал суд кассационной инстанции по делу № КГ-А40/1356-01 . Отменяя решение суда, суд кассационной инстанции указал, что недействительными могут признаваться только сами сделки (договоры), как они определены в статьях 153 , 154 ГК РФ, а не документы, оформляющие последствия или удостоверяющие оформление этих сделок.

Таким образом, поскольку основанием возникновения права собственности хозяйственного общества (товарищества) является учредительный договор (договор о создании), стороной которого это общество (товарищество) не является, то это также подтверждает невозможность применения предусмотренных статьей 167 ГК РФ последствий в случае признания названных сделок недействительными.

Вместе с тем необходимо иметь в виду, что, как следует из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.02 № 10697/01 , не исключается возможность удовлетворения требования о применении последствий недействительности учредительного договора (договора о создании) при одновременном признании недействительным устава в соответствующей части и акта о государственной регистрации хозяйственного общества.

Кроме того, следует согласиться с позицией М. И. Брагинского о том, что в отношениях между учредителями признание недействительным учредительного договора не должно исключать применения к отношениям указанных лиц обычных последствий недействительности сделки, установленных во всех трех пунктах статьи 167 ГК РФ («Общие положения о последствиях недействительности сделки»), но только до государственной регистрации юридического лица.

Согласно статье 2 Федерального закона от 22.04.96 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» размещение эмиссионных ценных бумаг осуществляется также путем заключения гражданско-правовых сделок.

В связи с этим в каждом конкретном случае необходимо выяснять, осуществлялась ли передача имущества в качестве вклада в уставный капитал для исполнения учредительного договора (договора о создании) либо договора по размещению акций, в оплату которых и передано спорное имущество.

Как указывает М. И. Брагинский, признание учредительного договора недействительным должно рассматриваться как основание для ликвидации юридического лица.

Прекращение действия учредительного договора вследствие ликвидации юридического лица нельзя смешивать с признанием учредительного договора недействительным и связанной с этим ликвидацией юридического лица. Учредительный договор может быть признан недействительным на основе общих норм гражданского законодательства.

В случае признания недействительным учредительного договора одновременно недействительным признается факт государственной регистрации созданного на его основе юридического лица. Поэтому в качестве общего последствия признания недействительным учредительного договора и акта государственной регистрации юридического лица является не реституция и иные последствия, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 ГК РФ, а ликвидация юридического лица в порядке, установленном статьями 61—64 ГК РФ. Это объясняется тем, что в таких случаях речь идет о необходимости, среди прочего, ликвидации имущественных и неимущественных последствий незаконного создания и функционирования субъекта гражданских правоотношений.

В связи с этим возникает вопрос: может ли быть предъявлено требование о признании недействительным учредительного договора (договора о создании) без одновременно заявленного требования о признании недействительным акта его государственной регистрации?

В постановлении от 15.07.97 № 3280/97 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации со ссылкой на Положение о порядке государственной регистрации субъектов предпринимательской деятельности, утвержденное Указом Президента Российской Федерации от 08.07.94 № 1482 , указал на то, что иск о признании учредительных документов недействительными может быть заявлен до регистрации соответствующего юридического лица. После осуществления регистрации юридического лица иски должны предъявляться о признании недействительными актов о государственной регистрации юридического лица в связи с допущенными при его создании нарушениями закона или иных правовых актов, в связи с чем иск о признании недействительным учредительного договора как одного из элементов учредительных документов не подлежал удовлетворению.

Статьей 1 Федерального закона от 08.08.01 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» государственная регистрация юридических лиц определяется как акт уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляемый посредством внесения в государственные реестры сведений о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц, иных сведений о юридических лицах в соответствии с названным Федеральным законом.

С моментом внесения записи в Единый государственный реестр юридических лиц Гражданский кодекс Российской Федерации связывает создание юридического лица и приобретение им правоспособности. По сути государственная регистрация юридического лица является актом признания государством нового субъекта права, возникающего по воле учредителей.

В постановлении от 01.10.96 по делу № 8620/95 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью. На этом же основании и с учетом оценки судом обоснованности исковых требований о признании недействительными учредительного договора и устава общества должен быть рассмотрен вопрос, связанный с оспариванием акта его регистрации.

В соответствии с этой позицией признание недействительным учредительного договора юридического лица должно влечь признание недействительным в соответствующей части и его устава, поскольку устав основан на учредительном договоре. При этом срок исковой давности по такого рода требованиям подлежит исчислению по правилам, установленным статьей 181 ГК РФ.

Так, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 28.05.02 № 10697/01 , указав на то, что в соответствии с пунктом 5 статьи 9 и пунктом 1 статьи 11 Федерального закона «Об акционерных обществах» после создания акционерного общества договор о его создании не является учредительным документом общества (таким документом является его устав), ориентировал суды на то, что требования о применении последствий недействительности договора в виде возврата спорного имущества, внесенного истцом в уставный капитал акционерного общества, может быть рассмотрено судом лишь одновременно с требованиями о признании недействительными в соответствующей части устава акционерного общества, основанного на этом договоре, и связанного с ним акта о государственной регистрации этого общества.

Аналогичная позиция высказана в постановлении кассационной инстанции по делу № А56-32083/02 . При этом суд кассационной инстанции, признавая недействительными изменения учредительного договора и пунктов устава, указал на то, что устав АОЗТ «Вэнко» принят на основании учредительного договора и требование о признании его недействительным подлежит рассмотрению судом одновременно с требованием о признании недействительным учредительного договора. Поскольку иск заявлен о признании недействительным договора о создании по мотиву его ничтожности, срок исковой давности в данном случае, в том числе и по требованию о признании недействительным принятого на его основании устава, составляет десять лет с момента исполнения договора.

Надлежащим ответчиком по требованию о признании недействительным акта государственной регистрации юридического лица являются органы, определенные постановлением Правительства РФ от 17.05.02 № 319 «Об уполномоченном федеральном органе исполнительной власти, осуществляющем государственную регистрацию юридических лиц, крестьянских (фермерских) хозяйств, физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей» .

Что касается требования о признании недействительным устава, то надлежащим ответчиком по такому требованию после государственной регистрации юридического лица является само хозяйственное общество.

Отменяя постановление апелляционной инстанции в части изменения решения суда и прекращения производства по делу в части требований о признании недействительным пункта 4.1 устава общества с ограниченной ответственностью «Весы» в отношении формирования устав¬ного капитала данного общества, суд кассационной инстанции указал, что устав является ненормативным актом, регулирующим деятельность самого общества. В связи с этим ответчиком по такого рода требованию является само общество, а спор о признании его недействительным не затрагивает интересов его учредителей (дело № Ф08-552/99 ).

Отменяя решение суда по делу № А56-7846/03 , суд кассационной инстанции также указал на то, что, признав недействительным пункт 4.4 устава общества с ограниченной ответственностью «Радуга-1», суды первой и апелляционной инстанций разрешили вопрос о правах и обязан¬ностях самого общества, не привлеченного к участию в деле. Участник общества по такому требованию не может выступать ответчиком.

Следует также учитывать, что признание недействительными учредительных документов и регистрации хозяйственного общества не влечет за собой исключения данного юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц, поскольку осуществление данного действия возможно только лишь в связи с ликвидацией юридического лица в порядке, предусмотренном статьей 61 ГК РФ.

На основании анализа судебной практики по делам о признании недействительным учредительного договора (договора о создании) можно сделать следующие выводы:

1. Учредительный договор (договор о создании) является гражданско-правовой сделкой, в связи с чем на него распространяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о сделках, в том числе о признании их недействительными. Ъ

Требование о признании недействительным учредительного договора (договора о создании) по мотиву его ничтожности может быть предъявлено любым заинтересованным лицом, как являющимся участником оспариваемой сделки, так и не являющимся таковым, но права и законные интересы которого нарушены совершением оспариваемой сделки.

3. Ответчиками по иску о признании недействительным учредительного договора (договора о создании) являются стороны оспариваемой сделки. Иск о признании сделки недействительной не может быть предъявлен к третьему лицу, также не может быть принят судебный акт о правах и обязанностях (в отношении) третьего лица, поскольку сторонами в арбитражном процессе являются истец и ответчик.

4. Споры о признании недействительным учредительного договора (договора о создании) коммерческой организации подведомственны арбитражному суду на основании пункта 4 части 1 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку вытекают из деятельности хозяйственных товариществ и обществ и связаны с осуществлением прав и выполнением обязанностей участниками хозяйственных товариществ и обществ.

5. Поскольку в соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре — возместить его стоимость в деньгах, — если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом, а создаваемое юридическое лицо не является стороной оспариваемой сделки — учредительного договора, требование о применении последствий его недействительности в отношении этого юридического лица не подлежит удовлетворению.

Вместе с тем до государственной регистрации юридического лица не исключается возможность применения предусмотренных статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации последствий в отношениях между учредителями.

6. Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью. Поскольку устав хозяйственного общества основан на учредительном договоре, требования о признании его недействительным должны быть рассмотрены судом одновременно с требованием о признании недействительным указанного договора. В случае признания недействительными учредительного договора и устава акт о государственной регистрации общества также должен быть признан недействительным.

В то же время, если истец не заявил требование о признании недействительными устава и акта о государственной регистрации одновременно с требованием о признании недействительным учредительного договора, в иске о признании недействительным договора только по этому основанию отказано быть не может.

С. В. Изотова, судья Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа

Закон не должен походить на рулетку Воротилы игорного бизнеса лоббируют правила в свою пользу  »
Юридические статьи »
Читайте также