Черные дни белой птицы История одной песни

Где живут песни? В сердцах, в памяти – это, так сказать, с точки зрения метафизики. А если сугубо материально – на телеэкранах, в радиоэфире, на подмостках. Эта среда для них животворна и питательна, как гумус для растений. Там они цветут и благоухают. А в отсутствие – наоборот, хиреют и чахнут, постепенно сходя на нет. Но бывают неожиданности. Например, такая. Одна песня – петербуржцам, надо полагать, хорошо известная – в последнее время буквально прописалась в суде. Вначале – одно дело, потом – заявления, жалобы, протесты. А тут и другое дело. А за ним новые заявления и протесты… И сколько их будет еще? Эта лирико-юридическая история уже сама по себе как песня, которая течет как река, «как море полноводная… широка, глубока, сильна». Нет, Лебедев-Кумач с Дунаевским здесь ни при чем. Авторы – наши современники: петербургский композитор Олег Кваша и петербургский же поэт Валерий Панфилов. Да и сама песня сугубо питерская – «Санкт-Петербург – гордая белая птица».

«Песенное» судебное дело (первое дело) началось почти год назад, в июне 2005-го. А сама история, кульминация которой пришлась на юбилейный для Петербурга 2003-й, началась еще осенью 2001-го. Тогда в преддверии надвигающегося трехсотлетия, которое должно было стать (и стало) апофеозом новейшей истории города и страны, хвалебной одой местной и федеральной власти, городской телеканал ТРК «Петербург» объявил о конкурсе на создание песни, которая могла бы стать гимном города. Потому как с этим все как-то не складывалось. Конечно, была замечательная мелодия композитора Глиэра «Гимн великому городу» , которая уже давно считалась неофициальным (а потом стала и официальным) петербургским гимном. Но это была только музыка, а какой гимн без слов?

(Чтобы избежать путаницы, уточним. События, о которых идет речь, происходили за год до того, как был объявлен другой конкурс на гимн Петербурга, тот, что организовал спикер Законодательного собрания Вадим Тюльпанов в июне 2002-го, где предлагалось написать слова к музыке Глиэра и где победителем стал петербургский поэт Олег Чупров. В апреле 2003-го, перед самым трехсотлетием торжественная песнь – музыка Глиэра, слова Чупрова – была официально утверждена как гимн города. Поэт Чупров получил медаль, но вот гимн все равно как-то не прижился.)

Так вот, городское телевидение объявило конкурс. В сентябре 2001-го подвели итоги. Победила песня Олега Кваши на стихи Валерия Панфилова «Город наш Санкт-Петербург», которая стала больше известна под другим названием, по первой строчке припева: «Санкт-Петербург – гордая белая птица». И впоследствии, в апреле 2002-го, она вроде даже утверждалась в качестве юбилейной песни на заседании петербургского правительства. Только вот потом власть переменилась. Точнее, стало очевидно, что власть меняется (вместо губернатора Яковлева – губернатор Матвиенко). Новая власть – новые песни. Может быть, отчасти и поэтому был объявлен новый «тюльпановский» конкурс.

Cудьба песни Кваши – Панфилова поначалу складывалась как нельзя более удачно. С осени 2001-го до весны 2003-го ее постоянно крутили по многим телеканалам, в первую очередь по Пятому каналу, она звучала в эфире многочисленных радиостанций. Олег Кваша подсчитал (это нетрудно сделать, ведь авторы получают гонорар за каждое исполнение), что песня исполнялась более полутора тысяч раз. За эту песню он получил премию «Золотой граммофон», почетное звание «Человек года».

Но летом 2003-го ситуация изменилась. В июне «ушли» Яковлева, а вместе с ним сменилось руководство «смольнинского рупора» – ТРК «Петербург». На какой-то период возникло безвременье: старое начальство покинуло свои кабинеты, новое еще не успело разобраться в нюансах. И тут случился казус. Дело в том, что авторское вознаграждение выплачивается поквартально. И вот за второй квартал 2003-го (который закрывается как раз в июне) Олег Кваша, по его словам, гонорара не получил. Впрочем, не он один. Набралось два десятка обиженных авторов, в том числе такие известные, как Тухманов, Шаинский, Пахмутова, Добронравов и другие.

Осенью 2003-го Российское авторское общество от имени этой группы подало иски о взыскании задолженности с ТРК «Петербург». И впоследствии – правда, не сразу, а почти через два года, в июне 2005-го, – иски были удовлетворены. Суд обязал телекомпанию выплатить двум десяткам маститых авторов 7 миллионов 200 тысяч рублей.

Кваша к тем коллективным искам не присоединился. Хотя коллеги предлагали. Понадеялся на мирное урегулирование конфликта. Во-первых, вроде как неудобно: песня стала своего рода символом города, а тут суд и все такое. Во-вторых, на Пятом канале он всех знал, и все знали его, он был там частым гостем в эфире. Ну а в-третьих, был еще нюанс: композитор хотел, чтобы песня продолжала звучать.

Олег Кваша предложил такое условие для мирного разрешения конфликта: ему выплачивают долг за 300 неоплаченных эфиров песни (именно столько он насчитал за злополучный юбилейный второй квартал 2003-го). Плюс в качестве «отступного» прокручивают в эфире клип с его песней еще 30 раз (немаловажная деталь: в этом клипе он сам является и исполнителем). Но здесь дело застопорилось, как коса нашла на камень. Композитор считал свои требования разумными (ведь сумма исковых претензий через суд неизмеримо возрастет). А руководство телекомпании – нет.

Ситуация зашла в тупик. Условия Олега Кваши не принимались. «Гордая белая птица» в эфире 5-го канала больше не звучала. Время шло, но ничего не менялось.

Композитора взялась защищать общественность. Творческие организации бомбардировали письмами Смольный, Законодательное собрание, Пятый канал, писали, что песня «Санкт-Петербург – гордая белая птица» – хорошая, что она любима и востребованна.

(Что, в общем, недалеко от действительности. Песню действительно частенько исполняли и по сей день исполняют в качестве музыкальной визитки Петербурга, вроде песни Газманова «Москва, звонят колокола», ставшей своего рода неофициальным гимном столицы. Да и самого Олега Квашу как исполнителя своей песни постоянно приглашают, в том числе на вполне официальные мероприятия. Например, он летал в составе питерской делегации на празднование тысячелетия Казани в августе 2005-го. В сентябре прошлого года Владимир Путин торжественно открывал Юго-Западные очистительные сооружения – и снова там был со своей песней Олег Кваша.)

В переписку по поводу «Гордой белой птицы» втянулись депутаты. Запрос в Смольный и на ТРК «Петербург» направил председатель комиссии по образованию, науке и культуре Сергей Андреев. И получил такие ответы от председателя Комитета по печати администрации Петербурга, председателя совета директоров ТРК «Петербург» Аллы Маниловой и гендиректора телекомпании Марины Фокиной:

«Мне понятно желание автора постоянно слышать свое произведение в радио- и телеэфире. Это гарантированно обеспечивает «раскрутку» конкретного автора и исполнителя. Однако подобных задач акционеры ОАО ТРК «Петербург» перед компанией не ставят».

Алла Манилова

«Эфирная политика определяется исключительно менеджментом канала. Вмешательство в деятельность в форме оказания давления представляется абсолютно недопустимым. Менеджмент Пятого канала не считает обсуждаемое музыкальное произведение символом Санкт-Петербурга и не видит особой необходимости в его пропагандировании. Деятельность же автора песни, связанная с постоянными попытками оказания давления на менеджмент канала, в том числе инспирация писем различных организаций в адрес чиновников городской администрации и Законодательного собрания с целью сформировать нужное якобы общественное мнение, не может не вызывать недоумения».

Марина Фокина

Это был уже конец мая 2005-го.

В июне прошлого года Олег Кваша и Валерий Панфилов обратились в Куйбышевский федеральный суд Центрального района Петербурга с иском к ТРК «Петербург» на общую сумму 3 миллиона рублей (по полтора миллиона каждому).

С этого времени история перешла уже в сугубо юридическую плоскость. Правда, не сразу, а ближе к концу года. Основные события развернулись в конце ноября. Тогда в суде всплыл весьма любопытный документ – заявка на участие в конкурсе 2001 года, подписанная Квашой и Панфиловым, в соответствии с которой авторские права на песню передавались организатору конкурса, то есть ТРК «Петербург», из чего следовало, что никакого авторского вознаграждения телекомпания платить не должна. На это композитор и поэт дружно заявили: они такой бумаги не подписывали, автограф на заявке не их, а сам документ – фальшивка.

Устной реляцией не ограничились. Олег Кваша написал заявление в Генпрокуратуру, где просил, во-первых, провести почерковедческую экспертизу представленного в суде документа, а во-вторых – возбудить уголовное дело по статье 159 УК РФ – мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору с использованием служебного положения. (Под группой лиц композитор, не конкретизируя, подразумевал лиц, близких к руководству ТРК «Петербург».)

В результате заявку отправили на экспертизу в Управление по борьбе с экономическими преступлениями ГУВД Санкт-Петербурга. И что бы вы думали? Недавно Олег Кваша получил официальный ответ. Где сказано буквально следующее: «проведенным комплексом исследований установлено: копия подписи от имени Кваша А.С. на представленном документе «Заявка на участие в конкурсе от 19.11.2001 года» выполнена не Кваша А.С., а кем-то другим». Документ, датированный 28 марта 2006 года, подписал прокурор Центрального района Д.Г. Бурдов. (Поясним: по паспорту композитор действительно Кваша А.С., Олег Кваша – это его творческий псевдоним.)

Мало того. Прокуратура Центрального района сейчас проводит проверку, по результатам которой будет решаться вопрос о возбуждении (или отказе в возбуждении) уголовного дела. Правда, упоминают все же не «мошенническую» 159-ю статью, а 146-ю – нарушение авторских прав. Прокуратура должна принять решение уже в ближайшие дни.

Вы думаете, это все? Не тут-то было. Переведите дух – и вперед.

В тот же Куйбышевский федеральный суд Центрального района Петербурга в феврале 2006-го был подан еще один иск в связи с той же «Гордой белой птицей». На этот раз ответчиками выступают Олег Кваша и Валерий Панфилов. Их обвиняют в… плагиате. Обвиняет некто Владимир Васильев, автор слов и музыки «Песни о Санкт-Петербурге», написанной им в 1999 году, которую исполняла Эдита Пьеха. Вот эту-то песню, несколько ее переиначив, якобы и использовали Кваша и Панфилов. Сумма исковых требований по возмещению ущерба в пользу Васильева – все те же 3 миллиона рублей (по полтора от композитора и поэта).

И та и другая сторона подкрепляет свои доводы (с одной стороны – о том, что плагиат налицо, с другой – что его нет и в помине) письменными мнениями авторитетных в мире литературы и музыки людей. Михаил Яснов, Александр Дольский, Бен Бенцианов, Яков Дубравин, Игорь Корнелюк, Михаил Боярский, Людмила Сенчина однозначно заявляют: ничего похожего ни в музыке, ни в текстах обеих песен нет! Но и это еще не все. Даже заключение музыковеда Юрия Фейертага, которым подкрепляется иск Васильева, говорит, в принципе… практически о том же самом. Тем не менее в суде рассматривается вопрос о проведении полномасштабной экспертизы в Консерватории и Пушкинском доме…

Кваша и Панфилов уверены: в этом деле отчетливо видна рука ТРК «Петербург». Мол, это с их подачи затеяли нынешнее дело, дабы заволокитить то, первое. Ведь если, не ровен час, прокуратура примет решение о возбуждении уголовного дела, будет повод его тут же приостановить. Что же выяснять отношения с плагиаторами?

Но, внимание, и это не все! Кваша и Панфилов подготовили встречные иски – теперь уже к Васильеву, о защите авторских прав. Сумма исковых требований – все те же 3 миллиона (правда, теперь уже от каждого по три, то есть всего 6). А кроме того, 31 марта подано заявление в прокуратуру Адмиралтейского района, где Васильев обвиняется в нарушении авторских прав и в мошенничестве, в связи с чем просят возбудить уголовное дело по статьям 146 и 159 УК РФ…

Уф, теперь, кажется, все. Но в чем мораль сей басни, спросите вы? Банальное сутяжничество? Что ж, тема нарушений авторских прав сегодня, можно сказать, на слуху. (Правда, обычно она трактуется иначе: пиратство, что на самом деле актуально в связи с переговорами о вступлении России в ВТО.) Но Олег Кваша все же считает иначе. По его мнению, дело не только в этом. И здесь замешаны не только личные амбиции и обиды, но и политика. Мол, так уж случилось, что его «Гордая белая птица» стала олицетворением прошлой, яковлевской эпохи. И в современную, матвиенковскую эру «Птица» пришлась не ко двору. А все остальные сюжетные повороты этой истории – всего лишь следствие.

Ну а как считаете вы – решайте сами.

Лиза Штейн

В поисках жемчужины  »
Юридические статьи »
Читайте также