И широкая грудь правоведа…

Солдатики — по виду совсем недавно призванные к ратному делу — творили на прошлой неделе то, что им и положено: зачищали очередной кусок жизненного пространства под великую государеву надобность.

На сей раз выносили вон "хлам истории" из зданий Российского государственного исторического архива (РГИА), чтобы на место пыльного и убогого "хранилища времени" водрузить сияющий офис сверхсовременного безвременья в лице Конституционного суда РФ.

Над желтизной правительственных зданий

Кружилась долго мутная метель…

Первым надумал вытряхнуть крупнейший в мире архив (6,5 млн. единиц хранения) из занимаемых им "слишком роскошных" зданий — Сената, Синода и Дома Лавалей — Анатолий Собчак. Еще в 1995 году. И даже, помнится, успел "по случаю" вспомнить цитированное выше начало "Петербургских строф" Осипа Мандельштама, посвященных Сенату и Синоду. Вероятно, мэр имел в виду, что лучшим возрождением "блистательного Санкт-Петербурга" было бы торжественное водворение градоначальства в "правительственные здания", как видно, уготованные ему самим Провидением. В одном из телеинтервью Собчак тогда вдруг пожаловался на то, что его "давит большевистская аура Смольного". И в скором времени — вдали от "лишних" глаз и ушей — заключил соглашение с руководством Росархива о строительстве нового архивного здания и последующем выселении в него РГИА.

Однако об этой "негромкой" договоренности один из сотрудников РГИА рассказал влиятельной в ту пору петербургской газете. После резкой публикации, назвавшей поименно всех участников "сделки", у архивиста, допустившего "утечку", случились большие служебные неприятности, однако чиновники на время замерли — эпоха была для начальства непростая, и надо было помышлять не только о "вертикальном блеске", но и о такой тщете земной, как выборы…

Незадолго до губернаторской кампании 1996 года Анатолий Собчак в интервью той же газете заявил, что ни о каком выселении архива даже не помышляет, а, напротив, всемерно ратует за его капитальный ремонт к вящему его процветанию в старых стенах…

Преемник Собчака, к счастью для российской истории, был лишен ампирного зуда и чувствовал себя вполне уютно в блеклых экс-обкомовских интерьерах бывшего института благородных девиц.

Однако мысль о том, что Сенат и Синод — это не просто хранилища "мертвых бумаг", но великолепные архитектурные футляры для не менее великолепных государственных мужей, — судя по всему, плотно засела в восхищенном воображении "вертикально мыслящего" Ученика, знающего, подобно Учителю, толк в державной юриспруденции…

И правовед опять садится в сани,

Широким жестом запахнув шинель…

О том, что Владимир Путин наметил комплекс великолепных ампирных зданий "под себя", стало ясно, когда в 2003 году они были переданы в ведение управделами президентской администрации Владимира Кожина. Архивисты было возроптали: создали "комитет спасения РГИА", вышли с плакатами на Сенатскую площадь. Срывающимися голосами твердили о том, что "один переезд равен половине пожара", что многим документам будет нанесен непоправимый вред, что наука о русской истории XIX — начала XX столетий будет на долгие годы просто парализована. Олег Басилашвили громко возмущался с экрана ТВ. Даниил Гранин лично обращался к Владимиру Путину и Валентине Матвиенко. Но "государства жесткая порфира,/ Как власяница грубая, бедна..."

Трудно сказать, какую именно роль призвано сыграть вселение в комплекс Росси — Томона полутора десятков толкователей конституционных основ "вертикальной демократии" в разрешении коллизии-2008. Не удивлюсь, если окажется, что "верный букве Закона" полудержавный властелин (подобно Ивану Грозному, удалившемуся накануне опричнины в Александровскую слободу) вдруг решит "на время" отбыть на родные невские берега, облачившись для пущего всемирного восторга в мантию председателя Конституционного суда . Заодно и дух законности, и священный ужас перед судебной ветвью власти в стране окрепнут. Чем не мотив! Потом, разумеется, придется возвращаться в Кремль спасать Отечество — враги-то, дело ясное, не дремлют, только и ждут, как бы чего подточить да взорвать с особым цинизмом.

А может, просто решили Путин с Кожиным выстроить "президентский городок", и судейские в нем — так, "для антуражу", чтоб хозяйство не угасало, покуда Сам в разъездах.

А что для этого придется срубить тот самый сук, на котором держится память о российском прошлом, из обрывков которого нынешние властители на скорую руку пошивают себе державные камзолы с позументом, — так что ж с того? А что еще с этим прошлым делать? Хранить, что ли? Кто, в конце концов, для кого: мы для истории или история для нас?..

На площади Сената — вал сугроба,

Дымок костра и холодок штыка...

…Культура — это инстинкт благоговения перед прошлым. Перед тем, что нельзя пустить в оборот немедленно, как, например, территорию с полезными ископаемыми или оборонные технологии вкупе с умственной немочью электората. Культурный инстинкт нельзя "усвоить" — он передается лишь в детстве: от родителей к детям, от воспитателей к воспитанникам. Равно как инстинкт гопника и выскочки, не считающегося ни с чем, кроме своих жалких и грубых "порфироносных" амбиций.

Даниил Коцюбинский

Кто "мочит" Сергея Иванова?  »
Юридические статьи »
Читайте также