Геннадий Гудков: «Главный враг России — коррупция»

Недавно в Петербурге праздновалось 100-летие российского парламентаризма. Председатель Народной партии, член парламентского Комитета по безопасности, депутат Госдумы Геннадий Гудков нашел время заглянуть в редакцию «АиФ-Петербург» и ответить на наши вопросы.

О международном терроризме, опасности, угрожающей нашей стране извне, все мы прекрасно знаем. Но по поводу того, кто и — самое главное — что угрожает России изнутри, в обществе пока нет единого мнения. С этого вопроса и началась беседа с депутатом.

Не только Чечня

— Главная наша беда, главный враг — коррупция. Наша борьба с ней напоминает известную присказку о тришкином кафтане — одно место залатали, но в другом образовали новую прореху. Есть отдельные кавалерийские наскоки, кампании, акции, но нет системной борьбы, нет удара по источникам, первопричинам коррупции. А они всем известны — это непрозрачность, бесконтрольность и отсутствие гласности. Нам необходим механизм полноценного парламентского расследования и контроля. Причем этот контроль должен быть не только на федеральном, но и на региональном уровне. Депутатам необходимо передать определенные полномочия, чтобы они могли вмешиваться и пресекать коррупционные действия властей.

— Но может ли быть эффективным контроль со стороны фактически управляемого парламента?

— Может. Парламентский контроль заключается в формировании комиссий, состоящих из представителей различных фракций. Более того, в парламентах многих цивилизованных стран данные комиссии возглавляют представители оппозиции. У их членов разные политические интересы и принципы, но эти баталии не имеют ключевой характер, парламентарии руководствуются исключительно профессиональными критериями: хорошо это или плохо, пойдет или нет, поможет или помешает. И, что важно, здесь исключен сговор. Если, скажем, в каком-то ведомстве это может произойти, в комиссии — нет.

— Что еще угрожает России?

— Мы теряем молодежь. Та воспитательная система, которая существовала раньше и пронизывала весь путь человека от его рождения до совершеннолетия (детский сад, школа, техникум), ныне утрачена. Свою лепту в процесс внесло крушение морали, нравственности в обществе. Плюс разрыв слова и дела. Плюс огромный социальный разрыв, провоцирующий подростков на жесткий протест против всех и вся, на социальную ненависть. И еще одна важнейшая проблема — деструктивные тенденции, направленные на разрушение территориальной целостности государства.

— Вы имеете в виду Чечню?

— Не только. Эти процессы, к сожалению, набирают силы и в других регионах, и — при отсутствии коррекции федеральной политики — могут привести к ситуации, близкой к концу 90-х. Поверьте, я не преувеличиваю. Недавно я был в Ставрополье. Этот край постоянно атакуют вооруженные формирования, различные банды, похожие на партизанские отряды. Они свободно перемещаются по территории края и делают что хотят. Местные жители ставят вопрос уже не о том, «удержит» ли Россия Кавказ, а о том, «удержит» ли наша страна Ставропольский край в составе государства.

— В марте этого года при вашем посильном участии была принята новая редакция закона о терроризме . Что она дает?

— Прежде всего, мы исключили многие спорные моменты, которые были в прежнем законе. Но самое главное — четко прописали механизм ответственности: кто или какое ведомство персонально отвечает за результаты борьбы с терроризмом, как должны формироваться штабы, комиссии. Если в Беслане сутки с лишним не могли понять, кто отвечает за последствия операции, то теперь закон исключает подобный поворот событий, сейчас с первого дня начальник оперативного штаба лично отвечает за все, что произойдет.

Самый простой способ развалить Россию

— Почему сегодня часть населения страны подвержена различного рода ксенофобским настроениям?

— Потому что созданы причины, обусловливающие проявления радикальных настроений. Бюрократизация избирательного права привела к тому, что выборные процессы и их результаты превратились в предмет для манипуляций. Накапливается недовольство расплодившимся количеством бюрократов, которые на каждом шагу измываются над людьми. За справкой пошел — унижайся, за документами — стой в очереди. Обращаются с тобой, как с врагом народа. Недовольства порождают протест, а самые легко тиражируемые формы протеста, как известно, — «Бей инородцев», «Очистим наш город» и т. д.

— Становилась ли ситуация с национализмом и ксенофобией предметом обсуждения на заседаниях Комитета по безопасности?

— Неоднократно, причем обсуждалась проблема как в целом, так и в конкретных регионах. Мы очень обеспокоены складывающейся ситуацией. Самый простой способ развалить Россию — разбить ее на национально-конфессиональные «квартиры». Россия не может проводить какую-то мононациональную или моноконфессиональную политику.

— Как вы считаете, преступления на расовой и национальной почве спонтанные или организованные?

— Пока еще спонтанные. Но если появится фюрер, популист, тонко чувствующий настроения масс, за которым пойдет толпа этих баранов, будет страшно. Сегодня есть некое поветрие, которое еще не приобрело форму серьезного организованного действия, но оно может появиться в любой момент. Этого нельзя допустить ни в коем случае. Угроза радикализма и национального экстремизма достаточно велика.

— И какие меры, по вашему мнению, необходимы?

— Сегодня для произрастания экстремизма существует питательная среда и почва. Если есть трясина, там обязательно заведутся лягушки. И поэтому нужно не только пресекать само явление и бороться с ним, но и уничтожать почву, на которой оно произрастает. Иначе будет, как со Змеем Горынычем, — одну голову отрубим, три вырастут.

Парламент или дискуссионный клуб?

— Коррупция, расцвет бюрократии, ксенофобия, утрата системы воспитания: — в какой точке нужно рвать этот порочный круг?

— Нужно начинать с ликвидации кастового управления страной. У нас от решения государственных задач отстранены региональные элиты. При выработке политических решений катастрофически не хватает полемики. В этом смысле мы приближаемся к временам КПСС, когда 10–15 человек из Политбюро принимали в стране все решения, спускавшиеся затем в виде директив, словно истина в последней инстанции. От этой системы надо отказываться. Необходимо правительство, сформированное на основе парламента, на основе победивших партий и идеологий. Должны существовать независимые СМИ, которые стали бы трибунами для различных политических сил. Нужно создавать благоприятные условия для бизнеса, не делать его дойной коровой и не запугивать предпринимателей. Наконец, необходимо дебюрократизировать избирательное законодательство и прекратить диктат чиновников в этом процессе. Ведь у нас сейчас многие не ходят на выборы, не видят смысла в этом — не потому, что все проблемы решены, а потому что не верят, что их вообще можно решить. Депутаты подчас оказываются в идиотском положении — они что-то пообещали избирателям, а потом оказывается, что там, «наверху», это не нужно, вернее, никто и не рассчитывал, что депутаты будут что-то решать, на что-то влиять. Нам необходим нормальный, полноценный парламент, который смог бы сформировать правительство. Пока же Дума больше напоминает некий дискуссионный клуб, канцелярию по доработке законов.

Депутаты отняли деньги у ЗК  »
Юридические статьи »
Читайте также