Тендер: Больные могут умереть... пока организуют закупки лекарств

Когда в прошлом году в Ленобласти подвели итоги исполнения бюджета за 9 месяцев, оказалось, что доходы субъекта более чем на 700 млн. рублей превысили его расходы. Я, было, попытался поздравить с достигнутым результатом областных финансистов. Однако вице-губернатор, председатель областного комитета финансов Александр Яковлев умерил мой пыл: «Сейчас завершится конкурсная «страда», определятся победители тендеров и на бюджет лягут непомерные нагрузки. Следует ожидать, что в четвертом квартале мы попадем под тяжелый пресс бюджетного дефицита».Так и случилось. Более того, потребовалось вывести на фондовый рынок областной облигационный заем на сумму 1 млрд. рублей, чтобы не допустить чрезмерного бюджетного крена в сторону расходов. Что же произошло?

Как известно, 71-я и 72-статьи Бюджетного кодекса обязывают все договоры на сумму свыше 2000 МРОТов заключать на конкурсной основе. Очевидно, что с введением тендеров бюджетный процесс стал прозрачнее, даже демократичнее. Появился дополнительный механизм противодействия злоупотреблениям властными полномочиями. Конкурсы способны позитивно влиять на ценовую политику, помогают снижать бюджетные издержки, выбирать наиболее выгодные условия для заключения договоров. Все эти критерии отвечают целям и задачам развертывающейся в России бюджетной реформы.

Однако петь аллилуйю, образно говоря, тендеризации всей страны я бы не спешил. Пример обрушения нормального бюджетного процесса в Ленобласти на завершающем и оттого очень важном этапе прошлого года в этом смысле весьма характерен.

Лекарства от аритмии

Отечественные госзаказы сегодня обставляются такими замысловатыми процедурами, согласованиями, бумажными валами и «красными флажками», что любой конкурс превращается в утомительный многомесячный марафон. В том же областном комитете финансов специалисты говорят: после первого квартала в казне появляется достаточно денег, но явно недостаточно желающих их осваивать. В результате масса предусмотренных тендеров сначала откатывается все ближе к экватору года, потом переходит и за его экватор. И в конце концов обрушивается всей своей финансовой тяжестью на бюджет последнего квартала, подчистую съедая ресурсный потенциал региона.

Глубоко убежден: если бы удалось равномерно распределить по кварталам бюджетные нагрузки, сама бюджетная сбалансированность имела бы более прочную основу. Ведь средства субъекта не накапливаются в «кубышке». Они должны работать, и если их не взяли, скажем, строители, то они пойдут коммунальщикам на компенсацию долгов населения по оплате жилищных услуг.

Тендерная аритмия — хроническая болезнь региональных бюджетов по всей стране. Самое главное, что несовершенство законов, бесконечный перечень всяких инструкций и требований, сбор немыслимого количества подписей и заключений оставляют в ближайшие годы не слишком много надежд на успешную борьбу с этим недугом.

В прошлом году губернатор Валерий Сердюков попробовал лечить его радикальными административными лекарствами. Он пообещал снять с финансирования объекты адресной программы капвложений, конкурсы по сооружению и реконструкции которых не завершатся до начала июня. И в прошлом году 28 объектов были исключены из адресной программы. А в нынешнем году глава исполнительной власти установил еще более сжатый срок сдачи проектно-сметной документации и проведения конкурсов — апрель. Столь жесткая позиция, конечно, подстегнет основных заказчиков, в роли которых обычно выступают администрации муниципальных образований. Но сломать железобетонную тендерную рутину только административными рычагами вряд ли удастся.

Сама наша правовая база должна быть более гибкой, учитывающей реалии нового времени. Если в районе надо, например, построить поликлинику или амбулаторию и там есть строительная организация, ну зачем терять 8—9 месяцев на бумажные дела, на тендерные процедуры? Можно взять объект под опеку контрольно-счетной палаты, контрольно-ревизионного отдела комитета финансов, других правомочных инстанций.

Напрашивается необходимость более активного использования правовых рычагов внутри субъектов: постановлений регионального правительства, ЗакСа. Сам федеральный закон должен позволять шире трактовать на местах его положения. Выскажу еще большую крамолу: иногда куда быстрее решить вопрос финансирования вне рамок какой либо целевой программы, нежели в оных. Ведь программа — тот же закон, обязательный для исполнения. Любая поправка к нему требует уймы сил и опять-таки согласований и голосований.

В поисках золотой середины

В России всегда была проблема с поисками золотой середины. Уж кукурузу сажать, так по всей Руси, уж программы разрабатывать, так все и вся «запрограммировать». Нас душит дефицит здравого смысла, но рано или поздно мы его восполним.

Взять те же тендеры. Ведь некоторые их участники порой искусственно занижают стоимость своих услуг, действуя под флагом: «Все для победы!». А победа любой, то бишь самой малой, ценой не всегда нужна. Минувшей зимой мне рассказывали, как в результате конкурса заказ на уголь в одном муниципальном образовании области был передан от традиционной фирмы-партнера к победителю тендера. И тот за меньшие деньги поставил худший уголь. Пострадали люди.

Безусловно, и области, и району проще строго спросить за исполнение соглашений со своих, местных компаний. Они проверены в работе и, как правило, не подводят. Но попробуйте, как уже бывало, внести в условия конкурса пункт, позволяющий отдать предпочтение таким фирмам. Если его даже с пониманием воспримут в антимонопольных органах, то зубами вцепятся судебные. Мол, никаких ограничений в организации тендеров! И вопрос, что важнее: буква закона или конечный результат его реализации, повиснет в воздухе.

Нередки случаи, когда типовая конкурсная процедура может и вовсе сработать во зло. Недавно на заседании рабочей группы по эффективному обеспечению льготными лекарствами населения Ленобласти возник спор между чиновниками контрольно-счетной палаты и комитета по здравоохранению. Представитель комитета убеждал присутствующих: когда группе жителей после обследования могут срочно потребоваться препараты для лечения, скажем, онкологических заболеваний, о конкурсах думать поздно. Пока проводится тендер среди поставщиков, пока идет закупка лекарств, пока они поступят в аптеку или клинику, больные могут умереть. Инспектор КСП гнул свое: надо следовать законодательной норме.

Сидел я на заседании и думал: мы законы пишем для того, чтобы защитить все конституционные права человека, или человека стараемся втиснуть в «железные клети» законов? И ответа не находил.

Петр Владимиров

122-й закон откорректируют?  »
Юридические статьи »
Читайте также